Орловская искра № 23 (1201) от 7 августа 2020 года

Ярмарки в городской пейзаж не вписываются?

Традиция проведения в Орле ярмарок выходного дня возникла в годы правления губернатора Е. Строева. И оказалась живучей. Вероятно, потому, что в отличие от различных экономических прожектов она отвечала интересам большинства населения — сельского и городского. Свободная торговля на льготных условиях, то есть без обременительных поборов и налогов, сразу дала результат: в областном центре на нескольких площадках по выходным сходились производители сельхозпродукции и её потребители. Причем места хватало всем — от пенсионера с ведром ягод или грибов до фургонов с продукцией перерабатывающих предприятий из райцентров области.

Но с недавних пор складывается впечатление, что власти стали теснить ярмарки. При губернаторе В. Потомском с привычного места на ул. Приборостроительной торговлю перенесли на площадь Жукова перед стадионом. Причем поначалу чиновники намеривались ярмарку закрыть вовсе и сохранили её только после многочисленных обращений граждан в администрацию города и области и публикаций в СМИ.

Примерно в то же время была попытка очистить от ярмарочной торговли площадку перед ДК сталепрокатчиков в Северном районе города. Но недовольство продавцов и покупателей тогда помешало властям загнать ярмарку с центральной ул. Металлургов на периферийную ул. Бурова.
А нынешним летом ярмарка в Северном районе, хотя официально вроде бы и не закрыта, но приостановлена. Уже в первые июньские выходные площадь перед ДК металлургов была оцеплена полицией, а торгующим было предложено разместиться на территории рынка ООО «Ресурс-Развитие» на ул. Маринченко.

Два месяца работы на новом месте привели некоторых торгующих в отчаяние: выручка упала чуть ли не вдвое. «Покупатель на ул. Маринченко не идет, — утверждали пришедшие в редакцию «ОИ» предприниматели. — «Людям неудобно добираться. Рядом нет даже остановки общественного транспорта». Дирекция рынка, напротив, полна оптимизма: торговых площадей более чем достаточно, торговля идет бойко, наплыв покупателей заметный. И даже с других ярморочных площадок, уверяют руководители ООО «Ресурс-Развитие», торгующие перебираются на ул. Маринченко.

У властей города — свой железобетонный аргумент против традиционной ярмарки: пандемия! На площади у ДК якобы не была обеспечена «социальная дистанция» между торгующими, что опасно в период распространения коронавируса. Торгово-промышленная палата, которая последние два года выполняла функции администратора всех городских ярмарок выходного дня, будто бы не смогла обеспечить выполнение требований Роспотребнадзора, выдвинутых в связи с пандемией.

В то же время в самой ТПП утверждают, что с ее стороны была предложена схема размещения ярмарки с расширением площади торговли. Торгующие даже соглашались убрать машины с территории, что позволило бы расположить торговые палатки подальше друг от друга. Но в ответ на все эти предложения вышло постановление администрации города о переносе торговли на ул. Маринченко. Ох, уж эта пандемия! Когда-нибудь историки оценят ее «вклад» в экономическое развитие России…

Но если оставить за скобками коронавирус, то получается, что как таковой ярмарки выходного дня под названием «Хлебосольный выходной» в Северном районе больше нет. Городская власть по существу отказала ярмарочным торговцам в предоставлении муниципальной земли по выходным дням на льготных условиях. Теперь торгующие полностью зависят от администрации частного рынка, которая будет решать, на каких условиях в дальнейшем пойдет торговля — на льготных (как раньше) или не очень.

Власть поэтапно дистанцировалась от ярмарок. Ведь если отмотать назад, то придется вспомнить, что когда-то функции администрирования ярмарками выполняла именно администрация города в лице одного из своих подразделений. То есть именно городская власть собирала с торгующих положенный сбор за место (в том числе — санитарный) и обеспечивала на эти деньги должный порядок на ярмарочных площадках. Но последние два года эти функции выполняла уже сторонняя организация — Торгово-промышленная плата.

Справедливости ради нужно отметить, что с тех пор, как губернатор Е. Строев открыл Орел с его площадями и улицами для свободной торговли сельхозпродукцией, многое изменилось. Если раньше достаточно было иметь справку от сельских властей, что у тебя есть личное подсобное хозяйство, то теперь предпочтительнее иметь статус индивидуального предпринимателя. А это значит примерно десять тысяч в месяц налоговых расходов и прочих платежей.

В Торгово-промышленной палате, например, поясняют, что торгующих продукцией собственного производства в статусе ЛПХ (личное подсобное хозяйство) на ярмарках в последнее время оставалось все меньше и меньше. Даже те, кто имел это самое хозяйство, вынуждены были приторговывать, скажем, заморскими фруктами или другим перекупным товаром и регистрироваться как ИП.

Есть и чисто юридическое объяснение предпочтительности ИП-статуса. Оказывается, в российском законодательстве записано почти в советском духе, что личное подсобное хозяйство предполагает торговлю излишками, но не основной заработок. Если человек на земле крестьянствует, чтобы иметь доход, нужно платить налоги, а это уже несколько иной статус — либо индивидуальный предприниматель, либо фермер. Как отличить ЛПХ от ИП? Оказывается, по количеству земли в распоряжении хозяйствующего субъекта.

Примечательно, что правительство конкретное решение этого вопроса отдало на откуп регионам. В некоторых областях, например, можно сохранять статус личного подсобного хозяйства и соответствующие налоговые послабления, имея до трех гектаров земли. Но если местного решения по данному вопросу нет, то действуют правительственные рекомендации — не больше полгектара. В Орловской области власть предпочла прислушаться к рекомендациям сверху. И количество представителей личных подсобных хозяйств, торгующих на ярмарках выходного дня, к 2020 году сократилось до минимума. В Северном районе, например, по данным на май, их было всего 8, тогда как торгующих в статусе ИП — более 30.

Расширение налогооблагаемой базы за счет увеличения количества ИП — это, конечно, важно для казны. Но все-таки для экономики региона было бы лучше, если б этот процесс явился логическим итогом другого не менее значимого явления — становления и развития крестьянских хозяйств. Не только крупных, но и мелких. Только так можно создать здоровую конкурентную среду, то есть избежать монополизации рынка. Ну и, во-вторых, сдержать рост безработицы, ведь те, кто трудится в ЛПХ — это и есть самозанятое население, о котором так много говорят в последнее время. Но если крестьянину чужими персиками торговать выгоднее, чем молоком, творогом и мясом со своего подворья, то значит что-то неладно в нашей экономике.

Еще бы! Ведь даже зарезать поросенка, выращенного в своем хлеву, теперь уже самостоятельно нельзя. Животное нужно обязательно отвезти на бойню, да еще в специально обработанной машине. Так что дополнительные расходы составят не менее 2,5 тысяч рублей за голову. А если речь идет о бычке, то и все 4 тысячи. Вот такие подробности из личной жизни рассказывают сегодня орловские крестьяне. Какое уж тут ЛПХ! Участники ярмарок выходного дня так и говорят: семье, имеющей трех коров, не выгодно возить молоко и творог на ярмарку, потому что даже при всех льготных платежах за место с них потребуют наличие холодильного оборудования. А это слишком накладно для ЛПХ.

И власть предержащие уже и слышать не хотят о том, что ярмарка — она потому и ярмарка, что дает возможность продавать свои продукты, что называется, с воза. А ведь даже в строгие сталинские времена на так называемых колхозных рынках разрешалась частная торговля, предполагающая, что залежалый или подпорченный товар крестьянину привозить для свободной торговли ну никак невыгодно! Что только свежестью своих продуктов ярморочная торговля и хороша. Она стоит на этом! Но у людей, принимающих сегодня решения, несколько иная логика.

В администрации города, например, говорят не только о пандемии, диктующей свои условия, но и о статусе городских площадей, которые «не предназначены для торговли». Похоже, для нынешнего Орла ярмарки становятся неким чужеродным элементом, не вписывающимся в городской пейзаж. А между тем даже в современных европейских городах продуктовые ярмарки «с колес» — обычное явление. Но у нас чаша весов, судя по всему, склоняется в сторону стационарной торговли, где реализуются результаты исключительно торгово-закупочной деятельности под контролем крупного бизнеса. Так проще управлять и собирать налоги.

Наши чиновники, отдадим им должное, не забывают о необходимости сохранения «рабочих мест» и «наработанных связей с клиентурой» для бывших участников ярмарки, ведь безработица и без них растет! Но сами эти участники не скрывают тревоги: где гарантии, что через год не придется снова менять место торговли, и все наработанные связи с потребителями будут опять оборваны, как нынешним летом? Ведь остановку общественного транспорта на новом месте за два месяца так и не организовали.

Приостановив работу традиционной ярмарки выходного дня в Северном районе, городские власти подняли тревожную волну на двух оставшихся ярмарочных площадках. Сохранится ли «Хлебосольный выходной» на Комсомольской площади в Заводском районе и на площади Жукова в Советском? В администрации города ничего определённого на этот счет не говорят, упоминая лишь о некоем «ярморочном плане», который вот-вот будет утвержден.

А между тем проходит информация о неких идеях благоустройства в районе той же площади Жукова и о транспортной развязке вокруг сквера Комсомольский, как раз там, где пока по выходным собирается ярмарка. Куда крестьянину податься? Разве что в ИП…

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц