Лето красное пропели…

Заместитель главы администрации города Орла комментирует причины и последствия финансового кризиса

От финансового кризиса, называемого в российских СМИ мировым, как ни странно, больше других стран пострадала Россия. Наша экономика потеряла 60% капитализации. Все разговоры о стабильности оказались мифом. Все разговоры о России как островке благополучия были откровенным обманом. Эти разговоры преследовали одну цель — скрыть либо некомпетентность экономического блока правительства, либо то, что проводимая этим блоком политика преследует вполне определенный интерес, противоположный интересу большинства населения, остающегося нищим в то время, когда сказочно богатеет близкое к власти меньшинство. Это наша точка зрения. А какова точка зрения людей, профессионально связанных с финансовой сферой? Ответить на вопрос о фундаментальных причинах кризиса и его последствиях мы попросили Александра Ивановича Горбачева, заместителя главы администрации города Орла по вопросам имущественной и экономической политики.

— В СМИ сегодня представлено достаточно много комментариев, касающихся в той или иной мере заявленной вами темы. Я всем рекомендую обращать внимание на то, что говорят профессиональные финансисты, которые имеют к этой проблеме непосредственное отношение. А еще лучше слушать тех финансистов и экспертов, которые когда-то сами были в правительстве или в руководстве Госбанка. Они могут оценить сложившуюся на сегодня ситуацию непредвзято и с разных сторон. Ни в коей мере не стоит руководствоваться рекомендациями думских депутатов и министра финансов А. Кудрина.

Раз вы спросили мое мнение, постараюсь в более-менее доступной форме выразить его.

Начну с того, что схема организации национальной системы финансов, как и всей национальной системы рынка, заимствована, она практически полностью повторяет американскую, естественно, не в организационном смысле, а в смысле администрирования и технологии принятия решений. Понятно, что она выстраивалась на основе консультаций и советов, купленных в свое время «младореформаторами» ельцинского призыва. Капитал, как известно, имеет свойство перемещаться вслед за деловой активностью. Финансовая система обеспечивает потребности определенного уклада производства. У нас в России уклад постиндустриальный, не высокотехнологичный. Для обеспечения эффективного участия в мировой производственной программе Россия должна увеличивать внутренний валовый продукт, должна наращивать объемы экспорта, а добиться этого можно только за счет инвестиций, вложения денег в перспективные, но затратные сегменты экономики. Это могут быть как собственные средства, так и заимствованные. То есть мы действуем по давно отработанным правилам, как и европейцы с американцами. Ведь не случайно у нас стала популярна поговорка: «Не тот миллионер, у кого есть миллион долларов, а тот, кто должен миллион долларов». При этом надо иметь в виду, что у нас была возможность, создавая свою финансово-экономическую систему, заимствовать лучшие разработки и учитывать прошлый международный опыт. Понятно было уже давно, что политика привлечения финансов для финансирования своих производственных программ, в том числе по поглощению активов внутри страны, была слишком свободной и никем не контролировалась. Государство не вмешивалось, смотрело на этот процесс благосклонно. В результате, по моим данным, на начало года мы имеем совокупный корпоративный долг свыше 400 миллиардов долларов. По отношению к размеру ВВП это очень серьезный размер. Это деньги, взятые российскими компаниями за рубежом. Условия заимствований были привлекательными, и компании порой брали в долг больше, чем им требовалось. Излишки этих средств и позволили раскрутить пузырь потребительского спроса. В Москве, например, средняя стоимость квадратного метра жилья перешагнула за 6 тысяч долларов. Свободные деньги надо было где-то размещать, а они шли по большей части на потребительский рынок. За счет этого росли цены на всех направлениях.

Другой момент. Известно, что в мире существуют страны с профицитом экономики. Это скандинавские страны, страны Персидского залива, а также Россия. Это страны, в которых количество денег, поступающих, как правило, от экспорта, настолько большое, что собственные национальные экономики не справляются с их потоком. Их не удается полностью освоить. Эти деньги надо было как-то где-то задействовать, и Россия их задействовала, разместив… за рубежом. Они не предлагались собственному бизнесу на льготных условиях, как это делает Китай, под конкретные инвестиционные социально значимые программы, а направлялись на поддержку чужих экономик. Теперь только, когда индексы рухнули, начали сокращаться объемы производства в бюджетообразующих секторах экономики, государство пошло на то, чтобы пересмотреть свой подход к этой проблеме.

Приближение кризиса ощущалось уже давно. У нас достаточно много регуляторов — это и Министерство финансов, и государственный банк, и Министерство экономического развития и торговли. Они могли повлиять на политику компаний, могли изменить технологию привлечения средств и технологию размещения бюджетных средств. Но это сделано не было. Конечно, это сделать было непросто в силу того, что существует серьезное столкновение интересов. Наша элита тесно связана с Западом, там у них дома, там учатся дети, а у некоторых постоянно живут семьи. Они здесь работают и зарабатывают деньги, там они хотят жить и тратить деньги.

Нескоординированные действия разных регуляторов привели к тому, что мы все с вами видим. Правительство, вместо того чтобы воспользоваться кризисом для укрепления финансово-экономической системы, мечется, не находя своего места. Какие-то меры принимаются, а ситуация не выправляется, становится, наоборот, только хуже. Крупные производственные холдинги один за другим сообщают о свертывании инвестиционных программ, о снижении объемов производства — и не на проценты, а десятки процентов. Всем понятно, что все это приведет к тому, что десятки, сотни тысяч россиян окажутся без работы. Пострадает строительный, финансовый, страховой и другие рынки.

Наши фондовые площадки обвалились с треском. Рынок — индикатор деловой активности, на основании сводных индексов профессионалы делают выводы о возможностях экономики той или иной страны. Поведение инвесторов, как правило, эмоционально. В этой связи грамотный регулятор предпринимает определенные шаги для того, чтобы успокоить страсти. Наши регуляторы ведут себя крайне непрофессионально, хаотично. Слава богу, не дошли еще до того, чтобы надолго остановить торги на финансовых площадках. Последствия такой политики вполне предсказуемы. Это пугает внешних инвесторов, и может быть пересмотрен рейтинг платежеспособности страны, что скажется на всех наших компаниях, занимающих средства вне собственной страны. Будут пересмотрены условия кредитования, они станут более жесткими и менее выгодными.

Все надеются на то, что регулятор не будет выходить за рамки разумного. Рынок акций — рынок настроения. Умные инвесторы не должны в сегодняшней ситуации поддаваться общей панике. Американская модель поведения в бизнесе гласит, что, если ты потерял в бизнесе сто долларов, из этого бизнеса надо выходить, иначе потеряешь тысячу долларов. Это не совсем верно. Наша экономика, при всех ее недостатках, самодостаточна. Мы не заигрались акциями, как американцы. У нас еще мощный производственный сектор.

Рынки, как и бюджеты, держатся на крупных производителях. Ожидается спад деловой активности, что сразу скажется на всех показателях. Вот прошла информация, что Китай, как крупный производитель и потребитель, прекращает временно экспорт руды из Австралии для нужд собственной сталелитейной промышленности. Рынок нефти сразу отреагировал на эту новость резким падением, почти до 80 долларов за баррель. А наш бюджет сверстан с расчетом на 70 долларов. А если кризис будет продолжаться, в производственном секторе ведущих стран наступит стагнация, понизятся потребности и в нефти, и в газе, и в электроэнергии, и в металлах, и т. д. Это наши главные статьи доходов. Бюджет страны резко похудеет, придется сворачивать социальные программы, инвестиционные проекты. Наступят, откровенно говоря, непростые времена. А мы уже привыкли к стабильности.

На крупных предприятиях уменьшатся объемы производства, снизятся зарплаты, снизится и уровень отчислений в бюджеты всех уровней. В Орле компаний, от которых бюджет зависим системно, нет. Но, если кризис отразится на всей производственной цепочке, скажется на малом и среднем бизнесе, потери будут существенными. Пострадает банковский сектор. Там уже сейчас ведется подготовка к сокращению персонала. Убытки понесет строительная отрасль, из-за того что резко понизится спрос на недвижимость среднего класса стоимости. В общем, пострадают многие. Задача местных властей на данный момент — предупредить развитие кризиса по худшему сценарию. Сегодня у нас еще есть возможности для этого. Надо посредством налоговых послаблений помочь реальному сектору экономики, надо найти возможности для льготного кредитования малого и среднего бизнеса и т. д. Мы над этим думаем и уже предлагаем горсовету конкретные решения.

Записал Сергей Давыдов.

Лента новостей