Орловская искра № 45 от 22 ноября 2019 года

Анализ наиболее вероятных сценариев развития России в ближайшие годы

Анализ наиболее вероятных сценариев развития России в ближайшие годы, характера, направлений и темпов изменений необходимо начать, во-первых, с краткого обзора мотивов и потенциала пребывания у власти ключевых лиц сегодняшней политэлиты.

Во-вторых, следует типологизировать запросы важнейших силовых/политических институтов на замену/сохранение существующего порядка вещей.

В-третьих, следует провести анализ социально-экономических проблем в России на предмет выяснения принципиальной возможности их решения сегодняшними институтами и практиками.

В-четвертых, следует дать развернутую характеристику альтернативных оппозиционных программ трансформации России с выявлением базовых объективных/субъективных мотивов ее проведения. Соотношение рациональных аргументов и мотивов мести/сведения счетов/перехвата контроля над финансовыми и сырьевыми ресурсами в идеологии критиков власти.

В-пятых, требуется анализ динамики массовых настроений в отношении вопросов сохранения/смены руководства страной среди крупных социальных, профессиональных, возрастных, региональных и т. п. групп населения (военнослужащие, учителя, врачи, молодежь, жители Крыма, Северного Кавказа, Дальнего Востока).

Путин — никак не может найти себе замену — политического клона, как он это понимает: скромного, сдержанного в высказываниях, верного профессиональной касте, либерального в быту, патриотичного на людях, гибкого в международных переговорах, сохраняющего баланс между крайностями своих соратников, а самое главное — не знающего устали и раздражения, помешанного на работе, заседаниях, встречах, перелетах, переговорах. Боится, что не сможет защитить детей и друзей, если отойдет от власти. При этом испытывает чувство превосходства над всеми людьми из элиты, работающими непосредственно под его началом. Не верит ни в какие гарантии, а верит в естественный инстинкт предательства со стороны ближнего круга под давлением обстоятельств и оппозиции. Оставлять им в управление и владение такой сложный и проблемный актив, как Россия, если они по факту и многолетнему опыту слабее Путина, решение, как он полагает, — глупое, иррациональное и не неизбежное.

Медведев — отсутствие интереса к работе 24/7, неспособность своими решениями делать выбор, склонность увлекаться сомнительными инициативами (реформа зимнего времени, четырехдневная рабочая неделя, бадминтон), принципиальное отсутствие собственной команды, подчеркивающее принадлежность лишь к одной команде — Путина.

Матвиенко — цинизм, обу­словленный особенностями карьерного и жизненного опыта, отсутствие идей, склонность к потреблению.

Володин — личная безграничная преданность одному человеку — Путину. Качество лимитированной меновой стоимости, состоящей в способности обмениваться на иные блага.

Шойгу — эмоциональная изношенность, никаких карьерных амбиций, мечта о тихой спокойной пенсии, которую может обеспечить только Путин. Может хотеть, при определенных условиях, лишь должности первого вице-премьера, курирующего развитие Сибири и Дальнего Востока. Это может иметь также отношение к обретению более высокого пенсионного пакета.

Лавров — то же, что и Шойгу, за исключением вице-премьерства по Сибири и Дальнему Востоку. Альтернативой в его случае может быть руководство Советом Федерации. С теми же пенсионными привилегиями.

Собянин — отсутствие интереса к публичной политике, нелюбовь к популизму, заигрыванию, нежелание нравиться, убежденная страсть к преобразующему пространство строительству/созданию новой материальной реальности, полное равнодушие к любым высоким должностям и карьерам, не боится ничего и никого, отмороженный в этом вопросе.

Позиция представителей силового блока (Патрушев, Борт­ников, Бастрыкин, Золотов и др.) выражает их непубличный интерес, не носит самостоятельного характера и обусловлена инструментально-функциональным предназначением их ведомств в системе власти Путина.

То же самое можно сказать о сотрудниках АП (Вайно, Кириенко, Громов, Песков, Белоусов и др.).
Фактическое состояние высшего эшелона элиты с высокой степенью вероятности предопределит приход после Путина к управлению страной новых людей из другого, более низкого этажа власти. А это в условиях крайне малого радиуса доверия в российском обществе означает автоматическую радикальную смену элиты, принимающей ключевые решения в государстве, перерыв постепенности.

Однако именно такие характеристики сегодняшних действующих «вождей» формируют коллективный запрос с их стороны на статус-кво, консервацию существующих практик и сохранение Путина на вершине власти на неограниченно долгий срок. Эта стратегия хотя и не стопроцентно, но с существенно более высокой степенью вероятности гарантирует сохранение свободы и собственности им, их родственникам и друзьям.

Путин, в свою очередь, заинтересован в кадровой стабильности ровно до тех пор, пока эта стабильность функциональна, то есть позволяет эффективно решать задачи власти, не подрывая ее.
Превращение стабильности в стагнацию может требовать кадровых перемен, на которые Путин пойдет, несмотря на откровенную нелюбовь к перестановкам в рядах соратников. Главным триггером в этом вопросе может стать заметное ухудшение статистических и социологических индикаторов актуального состояния экономики и российского общества.

Константин Ремчуков.
«Независимая газета».
20 ноября 2019 года.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц