Красная строка № 13 (449) от 25 мая 2018 года

Арбузы продаются только парами

Мои знакомые, услышав эту историю, утверждают, что подобное могло произойти только в Орле. Я не согласен, поскольку сюжет содержит «экономическую составляющую», а она нивелирует особенности национального и даже регионального характера. А, может, не нивелирует, а только подчеркивает эти особенности? Я не знаю. После этой истории я пребываю в некотором недоумении.

Человек на дорогом автомобиле подъезжает к орловской заправке. Датчик уровня топлива уже подмигивает красным — в баке, рассчитанном на 70 литров, осталось менее 5. Надо сказать, что этот человек, знаю которого давно, несмотря на свою состоятельность, не совсем соответствует распространенной в Орле формуле материального счастья. Ему скучно сидеть в хорошем доме за высоким забором и радоваться, что жизнь удалась. Радоваться он предпочитает в живом общении с людьми — самыми разными, и вовсе не для того, чтобы продемонстрировать им свое превосходство. Этому человеку просто нравится общение. Время проходит быстро, и счастлив тот, кто понимает, что каждая минута уходящего дня должна быть расцвечена особой, неповторимой, запоминающейся краской. По крайней мере, этот день не должен быть серым, а общение, в котором состоит главная радость, — банальным.

К примеру, заходит наш герой в рядовой орловский пивной магазинчик за напитками и аксессуарами — рыбой, чипсами… За стойкой — девушка. Покупатель пытается ее разговорить — день-то проходит. Но продавщица попадается малообщительная, неинтересная, скованная. Вдруг герой этих историй замечает на стене объявление, гласящее, что исчерпывающие консультации по гастрономическим темам, имеющим отношение к данному магазину, можно получить по такому-то номеру. Жизнь вновь поворачивается яркой стороной, ее лишь надо разглядеть. Наш герой достает телефон и набирает указанные цифры. Звонит мобильник необщительной продавщицы. Девушка говорит: «Алё»? Посетитель поворачивается к ней и начинает задавать вопросы, общаться. По телефону… Из подсобки выходит бугай — что-то в голосе подруги его насторожило. Попыхтев, возвращается обратно — формальных нарушений-то нет. Да и по существу тоже — телефон, по которому пригласили звонить, сами вывесили. В результате — и весело, и познавательно.

Итак, заправка. Настроение — как у купца Калашникова в день, описанный Михаилом Юрьевичем Лермонтовым. Ощущение, что что-то будет. Не факт, что приятное, но будет обязательно.

— Пожалуйста, полный бак.

— Мы не заправляем полный бак.

— Почему?

— Потому что многие заправляются и уезжают, не расплатившись. Вы можете заказать больше вместимости бака, заплатить, мы вас заправим, а разницу в денежном выражении вернем на карточку.

Посетитель призадумался. Разговор шел внутри помещения в кондиционированной прохладе, располагавшей к неторопливости и даже покою. Наш герой представил — заходит он в гастроном и говорит:

— Дайте арбуз.

Ему в ответ:

— Только два.

— Почему?

— С одним убегают. Купите два. Второй арбуз мы заберем у вас на выходе, а переплату вернем.

День обещал быть интересным.

— Залейте мне тонну бензина, — серьезно сказал герой этой истории оператору. — Это будет стоить 41 тыс. рублей. Такая сумма на моей карточке есть.

— Мы не можем залить вам тонну, это очень много…

— А меньше залить вы можете?

— Можем.

— Тогда залейте литр.

История началась.
Поговорим о её экономической составляющей. Версия, что с полным баком недобросовестные водители «убегают», не расплатившись, и потому «у нас так больше не заправляют», конечно, не выдерживает критики, и всерьез рассматривать её даже не хочется. «Убегающих» ловят, система контроля и «отпуска товара» давно отлажена. В любом случае, гипотетические «убегающие» — это не проблема тех, кому нужно заправить полный бак и кто не собирается давать деру.

Проблема в другом. На заправках воруют не те, кого заправляют, а тот, кто заправляет. Как правило. Как это у Лескова: «Местность наша на реке Гостомле очень воровская». Разумеется, отличается такой особенностью не только пойма указанной речки, а многие города и веси, поэтому я придерживаюсь убеждения, что данная история могла произойти не только в Орле или рядом с ним. Однако некоторые её особенности кажутся мне уникальными, присущими только орловскому менталитету.

Сначала об экономике. Традиционный способ воровства — недолив. Смешно объяснять запрет наливать бензин на АЗС в канистру вопросами безопасности. Канистра ничем не опаснее топливного бака автомобиля. У нее есть другой существенный «недостаток» — она позволяет довольно точно определять, сколько «заправлено». Просто потому, что видно. Это, конечно, не сертифицированное мерное «ведро», обязательно присутствующее на каждой заправке для определения точности настройки раздаточной колонки, но, тем не менее, веский аргумент, подкрепляющий позицию водителя, заподозрившего неладное.

Заправлять пустой бак до полного — почти то же, что лить бензин в канистру, объем которой оспорить невозможно. Если бак рассчитан на 70 литров, на дне его плещется порядка 5 (электроника в дорогих машинах достаточно точна), то еще 70 литров, или даже больше, в этот бак не поместится. А если «поместилось», то вас банально обманули. Не каждый станет затевать спор, но жуликам и проще, и выгоднее вообще избегать ситуаций, когда водитель, переводя взгляд с бензина, плещущегося у горловины бака, на показания колонки, отказывается верить своим глазам. Отсюда, по всей видимости, и гипотетические «беглецы», и хитрые схемы. Они тоже сбивают с толку. А потом, когда вам возвращают переплату, это же приятно. Кто там что будет считать?

Но даже если мы настолько циничны, что мараем работников и хозяев АЗС напрасными подозрениями, и все их хитрости объясняются только тем, что с «полными баками» действительно бегут, при чем здесь человек, который честно хочет купить один «арбуз»? Не два, не полтора, не три четверти арбуза, а один?

И вот тут начинается Орловщина, нечто уникальное, что ставит меня в тупик.

Один литр залили.

— Еще один, — вежливо попросил герой материала.

После некоторой паузы (не каждый день хозяева дорогих внедорожников заправляются, как студенты в баре), выполнили и эту просьбу.

Процедура заправки, расчета, выдачи чека отнимает время. Подъезжают машины, образуется очередь, возникают заминки, вызванные разными обстоятельствами. У терминала наш герой был не один, подходили знакомые, здоровались, молча обделывали свои дела незнакомые, на это тоже уходило время.

За два с лишним часа у него скопилось около трех десятков чеков. На каждом — стоимость только что залитого одного лит­ра топлива. Человек, с интересом относящийся к жизни, решил выяснить, как далеко может завести абсурдная ситуация, пойдя от обратного. Вы предлагаете купить лишнее, но отказываетесь, вопреки собственной логике, продать тонну бензина? Хорошо, если нельзя целый арбуз, а можно больше арбуза или меньше арбуза, я выберу его медленно, не торопясь, тонкими, как бумага, ломтиками. Нарезайте…

У машины с «пистолетом» в руках усмехался заправщик. Он оценил шутку. Как минимум, в скучной ежедневной рутине появилось весёлое пятнышко, а кому бензин наливать и в каком количестве — человеку было безразлично.

Менялись лица, раздавались телефонные звонки, камеры внутреннего и внешнего наблюдения передавали информацию, которую тщательно изучали за пределами заправки.

— Еще литр.

Звук отрываемого чека, который аккуратно складируется в здоровенную стопку. На рядовой АЗС творилось что-то прежде небывалое и непонятное. А непонятное страшит.

Наконец, случилось то, что давно ожидалось — рядом припарковалась машина, из которой вышли две дамы озабоченного и решительного вида. Прямым курсом они проследовали к необычному потребителю.

— Так, подведем итоги! — сказала одна из них, подойдя к подозрительному клиенту вплотную.
Тот понял, что время не было потрачено зря, и заметил вслух, что в стране есть один человек, который может подвести итоги.

— Но, — добавил он, — это не вы. — Еще литр, пожалуйста…

Тогда решительная дама повернулась к кассиру и распорядилась по литру больше не заправлять. Эта часть истории мне очень нравится. Кассир ответила, по всей видимости, начальнице, что ничего незаконного клиент не требует, поэтому запрету она готова последовать, но только в том случае, если получит его в письменно виде. Это очень редкое проявление отваги и юридической грамотности в нашем депрессивном краю. Кассир, вероятно, понимала, что в случае обострения ситуации виноватой, за неимением на заправке стрелочника, сделают её, поэтому решила защищаться. Меры подействовали.

Решительная дама отстала от огрызнувшегося кассира и вновь атаковала нашего вернувшегося к жизни героя, заявив, что колонки технически не могут отпускать по одному литру. Этот момент истории меня расстроил. Нашего героя тоже, поскольку глупый поворот не украшает содержательную беседу. Пригоршня свежих чеков доказывала, что колонки этой АЗС прекрасно заправляют по одному литру, отлично «отпускают».

Тогда дама сообщила, что, по закону, организация вправе сама решать, как, в каких формах выстраивать взаимоотношения с потребителями.

Автолюбитель попросил подвести его к уголку потребителя и показать ту часть этого уголка, где написано, что на данной АЗС по одному литру не заправляют.

Разумеется, такой строчки не нашли, на что решительная дама, оказавшаяся юристом, парировала, что, дескать, невозможно превратить уголок потребителя в свод законов и правил.

— Ещё литр, — произнес необычный клиент и в задумчивости продолжил. — У меня тоже есть юрист.

Та была на месте через 10 минут.

— Пройдемте! — обратилась она к двум решительным дамам, прибывшим раньше.

— Ещё литр, — раздалось в зале.

Юристы общались, раздвигая и уточняя границы познаний, профессионально совершенствуясь. Странный клиент ещё несколько раз заказал по литру бензина, после чего ему стало скучно. Он сел в машину, завел ее, собрался ехать и не поверил своим глазам — бак, оплаченный лишь наполовину, был полон под завязку.

Известно место, где все это происходило. Сохранились чеки, есть даже протокол, составленный спешно вызванным «ещё одним» юристом. История случилась всего неделю назад. Но в именах ли дело?

Я не могу понять одного — чем эту дикую быль можно объяснить? И ответа не нахожу. Или впрямь — это чисто орловский анекдот? Требовалось всего-навсего — без хитрости продать человеку «арбуз». Он ведь все равно «арбуз» получил. Причем, как оказалось, за полцены. А заплатить хотел полную.

Удивительные люди!

Сергей Заруднев.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц