Орловская искра № 28 (1206) от 11 сентября 2020 года

Базар-вокзал-3

«Заметки с натуры» — с таким подзаголовком 14 февраля 2020 года наша газета опубликовала социально-поэтический очерк о нравах и быте орловского Центрального рынка. И эта публикация, надо сказать, получила резонанс. Правда, всё это было ещё «до карантина», «в те времена былинные…» Потом 29 мая любезный автор сего нетленного произведения решился продолжить тему. Редакция пошла навстречу.

И вот, наконец, третьим «томом» последователь Виктора Гюго и Владимира Гиляровского завершает трилогию об орловских «отверженных».

* * *
…Коронавирус — кому беда, а кому мать родная. Наши герои практически от пандемии не пострадали. А некоторые воспользовались всеобщей сумятицей в свою пользу.

Так, наш герой Костян после первой публикации был изгнан с рынка. Но, благодаря нагрянувшему коронавирусу и чуткому Роспотребнадзору, до него не стало никому никакого дела. И Костян потихонечку, с испуганным выражением лица, в грязной повязке, стал как бы невидимкой для полицейских и администрации. Да и как Костяну уйти с рынка, который долгие годы его кормит, а точнее — поит.

Другая героиня, — Валя, — плевала на вирус. Ходит по-прежнему на базар как на работу. Может быть, доходы немного упали, но упущенную коммерческую выгоду она каким-то образом компенсирует. И к обеду, уже раскрасневшаяся, с блаженной улыбкой, принимает от граждан причитающуюся ей по закону благодарность в виде: сколько кому совесть позволяет, но по-прежнему — не меньше 10 руб.
Базар — это место, где люди, не совсем адекватные, по меркам обывателя, т. е. нас с вами, чувствуют себя как рыба в воде. Иногда над ними подшучивают, прикалываются, но — нужно отдать должное — они являются неотъемлемой частью базарной жизни.

Таковы двое чудаковатых приятелей — Сашка и Женёк. Сашка очень сильно смахивает на индейца: пугающий внешний вид и добрейшая душа.
Сашка периодически издаёт угрожающий крик. Это он прошёл очередной уровень игры. За все время ему удалось пройти то ли один, то ли два уровня.
У Сашки есть несколько мечт: во-первых, побывать на могиле Высоцкого, остальные мечты возникают у него по мере поступления финансов.

Если по секрету, то Сашка на могиле Высоцкого уже побывал, но его почему-то туда тянет. То ли он очарован памятником Владимиру Семёновичу, то ли себе местечко присматривает. И видит себя мраморного, вырывающегося из пут коронавируса, а может — базарной жизни…
А еще Сашка был в мавзолее. Ленин ему понравился, только не говорит почему: то ли потому что Ильич давно умер, то ли потому что Ленин вечно живой.

Есть у Сашки дружок — Женек. В отличие от Сашки, тот тяжестей не таскает, никаких воплей не издает. У него роль соловья-любовника или токующего глухаря, очаровывающего очередную пассию новым смартфоном, давая ей свои наушники, что бы та послушала и растаяла. Пока ни одна не растаяла. «Женщина сегодня пошла не та», — говорит Женек. «Ей кроме музыки подавай что-то еще». Но Женек верен своему предназначению: переходя от одной к другой, он убежден, что рано или поздно дотокуется, а точнее достучится до женского сердца.

Коронавирус внес некоторые поправки в планы «токующего глухаря». Теперь он появляется на базаре крайне редко, так как все интересующие его особы нацепили маски, да и раздражения не скрывают от того, что задыхаются и лиц не видно. Да и какого мужчину может заинтересовать женщина в маске, недовольная всем и вся? Разве только турка какого-нибудь…

Как-то решили Сашка и Женек прославиться на рыбном поприще и весь базарный люд накормить тремя рыбами. Собирались на рыбалку долго. Провожали их, как на войну, всем базаром. Напутствовали словами: «Ловись рыбка только крупная!» Вслед кричали: «Без рыбы не возвращайтесь!», «Рыбак рыбака…». Вернулись горе-рыбаки через несколько дней, естественно, без улова. Сашка, зная, что придется держать отчет, не будь дураком, сразу пошел к наставнику-рыбаку, что бы тот научил его, как избежать насмешек расспрашивающих. И вот один интересуется: «Каков улов?», другой, третий… И

Сашка, как учили, отвечает: «На данный момент ничего позитивного сказать не могу». Все в ауте.
Уважаемый читатель наверняка задается справедливым вопросом: «Почему автор зарисовок выбрал таких странных персонажей, а о тружениках топора и прилавка — ни слова?» В свое неуклюжее оправдание автор может сказать одно: все владельцы торговых точек, мясорубы и продавцы похожи друг на друга, как две капли воды. Если кто-то жалуется, что нет покупателей, то их нет ни у кого. Если никто не жалуется, то все подсчитывают барыши.

На рынке, как и везде, случается всякое. Люди падают на ровном месте, кого-то увозит скорая помощь, а кому-то она бывает уже не нужна. Случаются стихийные бедствия. Как-то в одном из торговых павильонов случился пожар. Стоят продавцы-погорельцы, жалуются, что все произошло из-за старой проводки, а пожинспекция сделала заключение, что во всем виноваты продавцы, не отключившие электрочайник. Скажите, кто из нас, уходя из дома, вынимает вилки электроприборов из розеток?

Но дело в другом. Одна из продавщиц говорит: «А Бог все-таки есть!» Другая: «Бог с тобой, с чего он есть, если всё сгорело!» Та отвечает: «Всё, да не всё! Бутылка коньяка-то уцелела. Видно, Бог оставил коньяк, что бы мы утешились и смягчили свои сердца». В рамках такой логики, Бог то есть, то его нет. Нашел, например, 10 руб. — есть, потерял 100 руб. — нету.

Однако, не вдаваясь в богословские споры, можно с уверенностью сказать, с чем, по мнению автора, согласны даже конченые атеисты — Бог необходим. Без веры мы можем поубивать друг друга. Но если верить, то только без фанатизма, а иначе все равно друг друга поубиваем.

Искренне Ваш
Базаров.

Лента новостей