Орловская искра № 24 (1202) от 14 августа 2020 года

Дом, которого нет

Не верьте глазам своим, уважаемые читатели! То, что вы видите на снимке — это вовсе не сельская идиллия, не дачный рай, не экзотическое наследство прошлых веков. Это «чёрная дыра» на карте города Орла. Есть адрес — Новосильское шоссе, д. 4. Но в реестре муниципального жилого фонда этот дом не значится. С недавних пор власти считают этот дом частной собственностью. Хотя в течение 9 лет с 2004 по 2013 год никто не оспаривал, что этот двухквартирный дом относится к дружной семье городских многоквартирных домов со всеми вытекающими отсюда правовыми последствиями. И все эти годы сначала ЖЭУ № 24, а потом муниципальная управляющая компания МУП ЖРЭП (Заказчик) исправно собирала платежи с собственников двух квартир № 1 и № 2 — точно так же, как их собирали в девятиэтажках и «хрущевках» на соседней Выгонке и в других жилых кварталах города Орла.

Вольтер писал, что если законы плохие, их следует сжечь и написать новые. Но полётом мысли знаменитого вольнодумца можно восхищаться лишь до тех пор, пока не столкнёшься с судьбами конкретных людей, которым «повезло» жить в эпоху перемен.

В 2003—2004 годах Орловско-Курское отделение Московской железной дороги по законам, которые начали переписывать еще в лихие девяностые, отказалось от забот о своем бывшем ведомственном двухквартирном деревянном доме и передало его городским властям в числе других 145 жилых домов. Городская власть тогда сопротивлялась такому подношению, несмотря на 12 миллионов «отступных», которые железная дорога перечислила в городскую казну в качестве компенсации на ремонт и содержание передаваемых домов. Дело дошло до арбитражного суда. И тот обязал чиновников дома принять.

Дом № 4 был принят на обслуживание жилищно-эксплуатационными организациями. Квартиросъёмщики постепенно стали собственниками своих квартир: семья из квартиры № 1 приватизировала свои метры в 2007 году, квартира № 2 перешла в собственность своих обитателей чуть позже — в 2013-м. Никаких препятствий в ходе приватизации не возникло. Жилые помещения в двухквартирном одноэтажном доме перешли в собственность двух семей на тех же основаниях, что и квартиры в городских многоэтажных домах.

Но в конце 2013 года ООО «Перспектива», принявшее было от МУП ЖРЭП (Заказчик) обязанности по обслуживанию дома, вдруг расторгает договор как ошибочный, не имеющий юридической силы.
А дело в том, что некая комиссия администрации Железнодорожного района летом того же года пришла к неожиданному выводу, что дом № 4 по Новосильскому шоссе «соответствует определению частного домовладения, в котором имеются сособственники».

Позже в официальных документах появилась другая формулировка — «дом блокированной застройки». Чёткое определение такого понятия в действующем законодательстве отсутствует. Но якобы от обычных многоквартирных домов этот тип жилой постройки отличается отсутствием так называемых мест общего пользования. Подъездов, например. Но к тем же местам ОП относятся и чердаки. А он в доме № 4 есть, общий для обеих квартир. Тем не менее, дом на Новосильском шоссе перестали считать многоквартирным. А что было до того — «не считается».

Но каждый дом стоит на земле. И от статуса дома зависит форма размежевания этих территорий. Согласно рекомендациям Минэкономразвития земельные участки, связанные с домами «блокированной застройки», можно оформлять как под обычным многоквартирным домом, так и для каждого блока-квартиры отдельно — в зависимости от технической доку-ментации на дом. Но оказывается, что и технического паспорта на дом № 4 нет. Его вроде даже и не было при приёме-передаче домов! Во всяком случае, так утверждало руководство МУП ЖРЭП (Заказчик). Если даже принять как рабочую версию, что дом № 4 действительно является частным жилым домом, то без техпаспорта его хозяева не могут оформить землю под домом и вокруг него, как это обычно делают все домовладельцы. И получается абсурдная ситуация: дом, который власть считает частной постройкой, стоит на ничейной земле, государственная собственность на которую не разграничена. Сразу возникает вопрос к власти: «Да как же вы допустили такой бардак?»

Зато земля по соседству с домом еще как «разграничена»! Некогда единая территория бывшей лесозащитной станции Орловского отделения Московской железной дороги (ЛЗС) оказалась разделённой на три части. На одной стоит дом, а две другие принадлежат неким собственникам. Но практически эти две доли никак не используются, зарастая бурьяном и кустарником. Но именно на этих «прихватизированных» и заброшенных владениях находятся и канализационный выгребной колодец дома № 4, и ветка водопровода, по которой пока ещё поступает в дом вода, и газопровод.

Проезда к водопроводному колодцу с запорным вентилем, как и к канализационному колодцу, практически нет — джунгли! Более того, упомянутый участок водопровода, как сказано в письме за подписью заместителя главы администрации города Орла Р. Игнатушина, «…в муниципальной собственности и хозяйственном ведении МП «Водоканала» не состоит». Случись что — и дом № 4 останется без воды или утонет в нечистотах. Кстати, дренажная система, исправно функционировавшая когда-то на железнодорожной ЛЗС, теперь тоже нарушена из-за так называемой хозяйственной деятельности бесхозяйственных соседей дома № 4. Так что территорию, прилегающую к нему, частенько заливает водой — в период ливневых дождей или дружного таяния снега.

Единственный оставшийся подъездной путь к дому № 4 вдоль Новосильского шоссе не имеет асфальтового покрытия, а зимой утопает в снегу, в котором местные жители (а это две женщины, две старушки и девочка-подросток) осиливают прокопать только узкую тропинку, по которой они выходят на шоссе и к железнодорожному переезду, сразу за которым — Выгонка. Но ни «скорая» ни пожарные по этой «дороге» снежной зимой уже не проедут. Да и летом тоже.

Ни в какие программы по ремонту или переселению дом № 4 и его обитатели уже не входят. А те, в которые он попадал на бумаге до того, как по странному стечению обстоятельств вдруг «выпал» из реестра муниципального жилого фонда, признаны несостоятельными из-за отсутствия финансирования.

— Зачем же вы приватизировали квартиры? — не удержался я от вопроса. — Осталось бы ваше жилье формально в муниципальной собственности, глядишь, сейчас и разговор с властями был бы другой.

— А здесь всё было, как у всех! Были подъездные пути, было обслуживание дома, — говорит Ирина Калякина, внучка покойного заместителя начальника лесозащитной станции. Он был прислан на работу в Орёл из Подмосковья и поселён в крепком доме из шпал через стенку от своего непосредственного руководителя.

Наверное, тогда, в 1954 году, здесь, на городской окраине, под крылом могучего железнодорожного ведомства было совсем неплохо жить. Но действующие законы кому-то показались отжившими своё, и их в очередной раз сожгли по совету Вольтера, наскоро сочинив новые. Заложниками же этих игр оказались ни в чем не повинные люди, которые действовали по предложенным новым правилам, не подозревая, что и они могут поменяться уже при их жизни.

Что теперь делать этим людям, от которых сначала отказался строитель дома — Отделение железной дороги, а теперь отказывается и местная власть? Эта последняя, судя по переписке, которую уже несколько лет ведёт с администрацией города и области И. Калякина, подталкивает обитателей дома к оформлению всех прав частного домовладения. То есть и технический паспорт, и межевание земли, и домовые книги — эти женщины должны оформить самостоятельно за свой счёт. Ну и, конечно, поддерживать дом в исправном состоянии им тогда тоже придётся самостоятельно, как любому частному домовладельцу. И, кажется, соседи Калякиной уже склоняются к такому выходу.

Вот и свою половину крыши они уже намерены перекрыть, выложив кругленькую сумму. Но у Калякиной, преподавателя прикладного искусства в детском учреждении дополнительного образования нет средств, чтобы взвалить на себя весь груз забот по содержанию дома, которому уже больше 60 лет. Да и не стремилась она никогда стать домовладелицей. Ирина просто выросла в этом доме, который её дед даже не строил. И жила она в нём только потому, что никакого другого жилья ни ей, ни её семье за все эти 60 с лишним лет никто не предложил.

Да и с юридической точки зрения такой выход — оформление частного домовладения — оказывается не очень-то законен в данном случае.

— В 2015 году вступил в силу федеральный закон № 234, которым внесены поправки в действующие правила контроля за землепользованием, — говорит И. Калякина. — Мы, может быть, и хотели бы самостоятельно решить свои жилищные проблемы, оформив землю в собственность и продав сразу обе квартиры с земельным участком. Однако теперь, после внесенных поправок в законодательство, контролирующие органы могут повернуть против нас нерешённые муниципальной властью проблемы. И после немалых штрафов по суду у нас отнимут оформленную землю в связи с её ненадлежащим использованием.

Опасения И. Калякиной отчасти подтверждают и сами чиновники администрации города Орла. В одном из ответов, подписанных заместителем главы администрации города Орла А. Митасовым, есть, например, такое замечание: «Согласно правилам землепользования и застройки… жилой дом № 4 по Новосильскому шоссе расположен в границах территориальной зоны П-3 (зона производственно-коммунальных объектов 4 класса опасности…). Размещение жилых объектов в границах территориальной зоны П-3 не допускается». И далее: «…Жилая застройка в районе дома № 4 по Новосильскому шоссе не предусмотрена».

Но жилой дом в этой самой зоне всё-таки есть. Это объективная реальность для города Орла и для его руководителей. И обитатели дома № 4 совсем не виноваты в том, что они живут там, где жить, собственно, никто не должен уже, и что правила игры, начатой в 90-е годы, всё ещё меняются буквально «на ходу». А раз так, то и судьба этих людей всё-таки в руках местных властей. Это зона ответственности власти. Просто так отмахнуться — не получится.

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц