Красная строка №6 (442) от 2 марта 2018 года

«Дорожная карта» спасения мертвеца

В последний день зимы люди, собравшиеся в малом зале орловской городской администрации, спасали муниципальное предприятие ПАТП-1 — муниципальный автобусный парк. Но поскольку парк этот находится в процедуре банкротства, в руках конкурсного управляющего, про которого трудно сказать, что его первостепенная задача кого-то спасать, — говорили о ситуации вообще, экивоками, предпочитая использовать дурацкую фразу «дорожная карта».

В этом обороте есть что-то научное. ПАТП, по сути, уже нет, но поскольку «дорожная карта» присутствует, то, вроде бы, и не так страшно, то есть работа ведется. За столом президиума работу вели мэр В. Новиков, глава администрации А. Муромский, а из-за кафедры, в качестве докладчика и разработчика этой самой «дорожной карты» — первый зам. главы администрации О. Минкин. Внимали и участвовали в спасении депутаты. Немногочисленная общественность, работники убитого предприятия были немногословны, приглашенная пресса молчала.

Поражала атмосфера какого-то не то чтобы веселья, а ровного и даже приподнятого настроения, царящего в зале, несмотря на событие, в общем-то, не радостное — народ, если суммировать, поминал усопшего, делился воспоминаниями о том, каким он, легший в могилу, был, и без особого волнения думал, как теперь, без покойника, жить дальше, то есть кто за него будет делать его работу.

По большому счету, личных потерь от этой утраты никто не понес — ни мэр, ни глава городской администрации, ни депутаты, чем, на мой взгляд, и объясняется отсутствие не только слез и рыданий, приличествующих случаю, но даже скорби на лицах. Впрочем, в зале собрались, большей частью, мужчины. Видимо, они просто крепились.

Однако тему это событие все равно подкинуло. Поминки, мне кажется, проходили бы по-настоящему скорбно, а, скорее всего, вовсе бы не состоялись, поскольку живых не хоронят, если бы положение дел на муниципальных предприятиях, вообще в городе напрямую влияло на положение представительной и исполнительной власти — депутатов и чиновников. Худо в городе, не решаете проблемы, предприятия гибнут — на кой городу такая власть нужна? Сидите дома, на кухне, рисуйте детям свои «дорожные карты». При таком раскладе, я убежден, спасением ПАТП все, кому этой работой заниматься положено, занялись бы при первом нездоровом чихе транспортной муниципальной отрасли. Потому как в противном случае в «могилу» вместе с автобусным парком ложиться пришлось бы и рисовальщикам-спасителям.

Жестко? Ну, а что делать? Кому-то, в смысле — почившему, — еще хуже. Нет ответственности — имеем, как сказал один из депутатов, «место на лицо».

Давайте вместе нарисуем «дорожную карту». Дело это архисложное! Как, и вправду, так исхитриться, чтобы заставить муниципальный транспорт возить пассажиров и при этом не умирать, а получать прибыль или хотя бы выходить в ноль? Уму непостижимо, как достичь этой невероятной цели! Как, например, не просто выживают, а прекрасно себя чувствуют частные перевозчики? Может, начать с того, чтобы поставить муниципальный транспорт в равные с ними условия — дать прибыльные маршруты и обязать выполнять расписание «от и до» не только муниципалов? В чем проблема? Либо власти не хотят развивать и поддерживать муниципальный автобусный парк, вольно или невольно отдавая преференции частникам, либо просто не умеют управлять, то есть не справляются со своими обязанностями.

Обеспечение бесперебойных, работающих, как часы, пассажирских транспортных перевозок — прямая и одна из важнейших обязанностей власти. По большому счету, людям все равно, на каком автобусе ездить — частном или муниципальном, лишь бы он ходил по расписанию и был вместительным. Много вы видели вместительных частных автобусов, куда, например, можно зайти с детской коляской в час пик, не вызвав толкотни или, более того, бешеного скандала, если втиснуться все-таки удалось? А много вы видели частных автобусов часов так в шесть утра, да еще выходного дня? Мало. Если видели вообще. А муниципальный транспорт в это время — уже на линии. То есть сохранение муниципального транспортного парка — это вопрос в границах города стратегический. Над частниками, как показывает практика, наша власть большой власти, прошу прощения, не имеет.

В общем, поминки получились почти веселыми, поскольку рассчитываться за «косяки» управления все равно будет не тот, кто «накосячил», то есть не умеет управлять, а общий городской бюджет, то есть все мы. Чиновники, успешные депутаты в зарплате не потеряют.

Карту нарисовали, вернемся за поминальный стол. Несколько слов о торжестве, самых интерес­ных ремарках, спичах и тостах.

Деловую тональность задал мэр, кратко порассуждав на тему «спасать — не спасть или выработать какую-то другую модель?», после чего предложил близким и родственникам покойного, а также приглашенным «выработать» какой-нибудь «вектор».

Начали вырабатывать. Неспешно, «гремя посудой». Выяснилось, что усопший оставил после себя долгов порядка 64 млн. рублей, часть из которых город по «субсидиарной ответственности» за виновника торжества уже выплатил. Это делает честь родственникам. Впрочем, по закону, с них бы и так эти деньги сняли. Но есть и хорошая новость — мертвый оставил после себя имущества на 130—140 примерно миллионов рублей. Эту цифру озвучил стоявший, в отличие от всех остальных — сидевших, О. Минкин. Правда, гость из числа депутатов усомнился в этой оценке, заметив цинично, что цифра явно завышена, и за суммой даже гораздо меньшей еще придется-де побегать.

Настроение слегка испортилось, но не очень — в зале было тепло и уютно.

Вариантов дальнейшего строительства жизни — выяснили собравшиеся методом мозгового штурма или рассматривания «дорожной карты» — несколько. Можно забыть, что ПАТП‑1 было, и создать новое предприятие, можно мертвеца скрестить с еще живым ТТП (справляется же А. Коровин, и тут вывернется как-нибудь), а можно вообще ничего не придумывать и сделать так, как давно делают в Москве, Белгороде и Туле, где всех пассажиров возят только муниципальные предприятия — и ничего, живут. Дело это, правда, новое, опасное, местами непонятное, поэтому неплохо бы послать в Тулу (потому что ближе, наверное) городских чиновников в командировку. А что? И пошлем!

Настроение еще немного улучшилось. Поминая, начали говорить вообще о перевозках, ведь именно от этого умерло ПАТП. Только, можно сказать, в душе наступил мир, как поднялся А. Коровин — руководитель муниципального трамвайно-троллейбусного предприятия, человек, традиционно говорящий о неприятном, и напомнил всем о финансах и том, откуда эти финансы в транспортной отрасли берутся. Говорит — из-за того, что какие-то чиновники продавили в Орле электронный проездной, в наших трамваях теперь половину пассажиров в час пик составляют «зайцы», ссылающиеся на то, что их проездные по какой-то технической, не зависящей от них причине, не работают. И «зайцы» при этом, сующие пенсионные проездные, попадаются огромные, ражие! А ведь приходила в Орел фирма, укорял А. Коровин, которая предлагала оснастить муниципальный транспорт турникетами, которые отсекают потенциальных «зайцев» на входе. Платили бы все. Поставили бы турникеты — глядишь и покойный бы еще пожил, поскольку с деньгами в отрасли было бы получше.

Скорбная тема тут же получила развитие в выступлении зам. председателя Совета В. Негина, который совсем неуместно, не так, как ведут себя на поминках, прямо при живом А. Коровине, сказал, что дело-то, в общем, не в ПАТП, не в одном мертвеце, а в том, что аховое положение на огромном количестве орловских предприятий, спасать которые «при миллиардном кассовом разрыве в бюджете города» — задача, которую попробуй-ка выполни, попробуй с такими показателями просто до конца года дотяни; что работающее пока еще ТТП через полгода окажется, если ничего не изменится, в таком же положении, как приказавшее долго жить ПАТП-1. Удивительно, но несгибаемый руководитель бессмертного, казалось бы, трамвайно-троллейбусного предприятия А. Коровин соглас­но кивнул.

Тему неуместных на поминках выступлений продолжила прежде всегда тактичная руководитель Контрольно-счетной палаты Т. Успенская. Отвечая на вопросы со всех сторон, как же мы довели нашего товарища (ПАТП) до смерти или он сам дошел до жизни такой, Т. Успенская нехотя, как бы извиняясь, негромко, но отчетливо заметила, что усопший, в общем-то, и сам был не идеален и не всегда вел правильный и здоровый образ жизни. В частности, сообщила удивительные для посторонних, но странно, если удивительные для администрации города и депутатов новости Т. Успенская, на ПАТП-1 списывали автобусы всего через 5 лет после эксплуатации (как минимум, вдвое раньше положенного срока) и руководство само себя премировало, предоставляя недостоверную отчетность.

Больше всего в этой поминальной речи меня поразило то, что озвученные факты явились откровением (судя по изменениям мимики) для значительной части как представительной (депутатов), так и исполнительной (чиновников) власти.

Тема бездарного управления и безответственности стала на этом печальном собрании главной, но так и не озвученной, поскольку народ не разбрасывался на частности и мелочи, продолжая пристально рассматривать «дорожную карту» спасения мертвеца.

Порадовал В. Новиков, произнесший, как бы подводя итоги поминальному застолью, неожиданное, но очень точное: «Как был бардак, так и остался».

Вопрос — к кому реплика-то была обращена?

Сергей Заруднев.

Лента новостей

Отчетность