Орловская искра № 38 от 4 октября 2019 года

Иван Дынкович едва не обогнал Антона Шипулина

Вы знаете, что Иван Дынкович на довыборах депутата Госдумы от Орловской области набрал голосов немногим меньше, чем победитель аналогичных выборов в Свердловской области биатлонист Антон Шипулин — олимпийский чемпион и проч., и проч., которого экспансивный комментатор Дмитрий Губерниев в порыве восторженных чувств назвал как-то «гением земли русской»? Тем не менее, это факт. Выборы прошли, и победители определились, однако нам есть еще о чем поговорить. В избирательной системе Российской Федерации наблюдаются некоторые странности. И. Дынкович с этим согласен:

— Можно уже с холодной головой подводить итоги кампании и проанализировать, как выступила областная организация КПРФ и я как ее кандидат. В масштабах всей страны выборы в Госдуму проходили по 4 одномандатным округам, КПРФ везде участвовала. Лучший результат по процентам среди коммунистов показал Платошкин (Хабаровский край) — 24,69%. Затем Останина (Новгородская область) — 20,33%. На третьем месте Дынкович — 15,97%.

— Переходим к странностям избирательной системы.

— Давайте. Если говорить о набранных голосах, то на первом месте Дынкович — за него проголосовало 45 303 человека. На втором Платошкин — 41 398 человек. На третьем Останина — 23 154. За Даутова проголосовало 15 276 человек.

— Напомните, где выдвигался Даутов.

— В Свердловской области, где победил биатлонист Антон Шипулин с результатом 46 015 голосов.

— Тот самый Шипулин!

— Да. Можно сказать, что по количеству голосов я дышу олимпийскому чемпиону в затылок. Вообще, если анализировать результаты выборов в Госдуму, узнаешь много интересного. В Свердловской области, например, явка была 25%, в Новгородской — 23%, в Хабаровском крае, у Платошкина — 34%, но его раскручивали на федеральном уровне, там кампания финансово и организационно велась на порядок мощнее, чем у нас; в Орловской области — 45,54%…

— У нас поработали избирательные комиссии.

— Чем больше анализируешь выборы, тем лучше понимаешь, что у нас поработали не столько избирательные комиссии, сколько главы районов, одновременно являющиеся руководителями местных отделений «Единой России и получившие от кого-то из областной администрации задание — обеспечить проценты и результат. Потому что таких аномальных побед, как у Пилипенко, тоже ни у кого нет — 152 тысячи голосов! Никто даже рядом не стоял.
Победитель в Новгородской области набрал 40 293 голоса, в Хабаровском крае — 65 596 голосов, но это зять губернатора. Если бы я был зятем губернатора, я бы набрал 165 000 голосов. У олимпийского чемпиона Шипулина — 46 015 голосов. А тут ректор, не совсем известный, истративший на свою кампанию 36 млн. рублей…

— Это много?

— Это очень много, но деньги в данном случае мало что решают. На что тратится избирательный фонд кандидата? Самое главное — на повышение его узнаваемости. Последние лет 15 выборы в России — это не столько столкновение политических идей, они хорошо известны, сколько борьба персоналий. Поэтому расходование ректором «опорного» вуза 36 млн. на свою узнаваемость вызывает вопросы. Ректор — это ведь очень серьезная должность, а «опорный» университет у нас вообще один. У каждого студента, помимо того, что он сам голосует, есть еще родители, родственники, друзья. Это целая армия сторонников. Но надежды на нее у власти, судя по избирательному бюджету «Единой России», не было. «Опору» еще нужно было разглядеть. 152 тысячи голосов, полученных кандидатом от «Единой России» — искусственный результат.

— Как вы это докажете?

— Доказать можно только точечно. Об этом говорят события, например, в Орловском районе. Кроме того, отменены результаты выборов на трех УИКах в Залегощенском и Хотынецком районах. Но начнем с города Орла. Здесь кандидат от КПРФ Дынкович набрал 20,07% голосов, победив на 14 участках. На одном участке у нас с О. Пилипенко была ничья, мы набрали по 78 голосов в 25-й школе Заводского района. В Заводском районе я победил на 8 участках, в Северном — на 2, в Советском — на 4. В Железнодорожном побед не было, но это наиболее интересный район с точки зрения разрыва голосов. Он очень небольшой, на некоторых участках — в десять, два, три голоса.

— То есть Пилипенко победила, прежде всего, за счет села, которое тесно связано с орловским «опорным» вузом и прекрасно знает его ректора.

— За счет, надо полагать, серьезных научных центров, находящихся в Краснозоренском, Знаменском, Глазуновском, Должанском, Малоархангельском и Сосковском районах. Я был там и встречался с людьми на рынках. Сегодня увидеть в орловском селе более двух десятков человек в одном месте можно только на рынке. Я разговаривал с людьми и не слышал ни одного хорошего отзыва о «Единой России». А «опорный» вуз и его ректора никто вообще не упоминал.

— Про что же говорили?

— Про то, что жить невозможно. Что молодежь уехала или собирается уезжать; что бюджетники держатся за то, что есть, а старшему поколению некуда деться. Покупают то, что подешевле, без чего нельзя обойтись. Пусть не очень красивое, но что б носилось подольше, потому что у людей нет денег. Почти тридцать лет российская власть строит капитализм, общество потребления, «личного благосостояния», а никаким благосостоянием и не пахнет. Власть говорит, что село развивается. Да в селе — катастрофа! Люди просто боятся потерять работу, у них нет выбора, они зависимы.

— Давайте от периферии ближе к центру, на самый, с моей точки зрения, интересный и показательный участок — в Орловский государственный университет.

— Давайте, но сначала посмотрим, как меняются результаты по мере приближения к цент­ру. Сосковский район. За КПРФ проголосовало 387 человек — 10,6%. Двигаемся по направлению к Орлу. Урицкий район. За КПРФ проголосовало 1715 человек — 16,8%!

— Чем ближе к «столице», тем свободнее люди.

— Да! У них есть экономический, а значит и политический выбор. Этот результат — 16,8% был получен за счет поселка Нарышкино. А мы прекрасно знаем, что большинство нарышкинцев работает в Орле. Туда ходит автобус (невозможно не вернуться к транспортной схеме) лучше, чем маршрутки в некоторые микрорайоны г. Орла.

— И вот мы доехали до гос­университета…

— В здании ОГУ на Комсомольской два участка. По одному — в каждом крыле. Такое бывает часто. В школе на одном участке побеждает Дынкович, с небольшим отрывом (но все-таки побеждает), а в другом — с огромным преимуществом Пилипенко (активно поработала переносная урна).

— Директор, у которой двойная ответственность (два участка), получит на партсобрании «Единой России» одновременно и разнос и благодарность.

— Ольга Васильевна в таком же положении — на одном из участков я ее обыграл.

— Напомним: речь идет об участках в «опорном» вузе, который возглавляет ректор этого вуза О. Пилипенко, то есть человек, которого здесь знают и ценят.

— Знают, ценят и любят, наверное.

— А побеждает Дынкович. Непорядок!

— Да, безобразие. Это Заводской район, где я живу. Я победил в 17-й школе, где учился, в 12-й школе, в Аграрном университете.

— То есть школа — за Дынковича и КПРФ.

— Я победил на двух участках в Городском Центре культуры.

— Деятели культуры — за Дынковича и КПРФ.

— Я победил в Северном районе во Дворце «Металлург».

— Рабочий класс — за Дынковича и КПРФ!

— Победил в помещении факультета агробизнеса и экологии Орел ГАУ.

— Бизнес и экологи — за Дынковича и КПРФ.

— В Орловском институте экономики и торговли.

— А вот это даже немножко тревожно… Это до какой же степени нужно не любить «Единую Россию», чтобы проголосовать за КПРФ в «Институте торговли», который всегда давал власти нужный результат…

— Давать результат, «нужный» власти, будет все сложнее. На участках, оборудованных КОИБами, электронной системой подсчета голосов, разрыв между Пилипенко и Дынковичем существенно меньше, чем на большинстве участков, оборудованных урнами.
Еще один интересный момент — за орловских кандидатов можно было проголосовать в Москве на электронных участках. Там у нас с Ольгой Васильевной вообще ничья.

— Не исключено, что московские «электронщики» попросту не получили указание, какой результат должен быть, и на всякий случай сделали ничью?

— Да, «страна левеет, разбирайтесь сами»…

— В Орле есть один специфический участок, который всегда дает власти «нужный» результат…

— Я вас понял. Орловская психбольница и на этот раз поддержала «Единую Россию». Сейчас я даже назову цифру. Вот он наш любимый 740-й участок на ул. Ростовской, д. 11. За Дынковича — 26 человек — 4,88%.

— Буйнопомешанные?

— Видимо, это те, кто голосовал в последний раз. Теперь их точно признают неизлечимыми. Спаслось 396 человек — 74,3% за Пилипенко!

— Как таких трезвомыслящих людей можно держать в «психушке»?

— Сам не понимаю. На ул. Ростовской кафедру прогрессивного голосования нужно открывать. Кто на этот 10-й участок пойдет — ума не приложу. Кандидату от оппозиции здесь можно сразу веревку намыливать.

— Кстати, грамота от ЦК КПРФ Дынковичу была?

— За что?

— За лучший результат в стране среди коммунистов, принимавших участие в выборах депутатов Госдумы по одномандатным округам, за самое большое количество набранных голосов.

— Нет такой номинации. Победы нет — и грамоты нет. Продолжая тему интересных участков: в тюрьме за меня проголосовало 19 человек, за Пилипенко — 51.

— Пропорции для власти хуже, чем в психбольнице, но тоже неплохо.

— Ну так… Психбольница — это оплот.

— Делаем вывод: чем дальше от центра и чем зависимее люди, тем успешнее выборы для власти.

— Да, но при этом в некоторых районах за меня и КПРФ проголосовало народу больше, чем за наших кандидатов на выборах в областной Совет в 2016 году. Так что, несмотря на все потуги администраций и царьков на местах, люди распрямляются.

— Смотрю я на вас, Иван Сергеевич… Что-то не похожи вы на проигравшего — ни скорби, ни уныния.

— Есть огорчение. От того, что результаты, сделанные административно-партийным аппаратом «Единой России», не показывают настоящего положения дел.

— Хотелось бы честной игры?

— Да. Но ничего, в городе у нас итоги неплохие, будем еще злее и жестче. На большинстве участков будут установлены камеры, которые облегчат контроль.

— А что это меняет в свете событий, например, в Орловском районе?

— С Орловским районом, где переносные урны перемещаются со скоростью звука, следственные органы, будем надеяться, разберутся. На одного голосовавшего с помощью переносной урны там уходило около 3 минут. Всякий, кто занимался выборами, знает — в 3 минуты и на стационарном участке не всегда уложишься. Что мне особенно мерзко и противно — все всё понимают: и в органах власти, и в силовых структурах, и в избирательных комиссиях, но… наказаний пока нет.

— Как вы думаете, почему избиратели так позволяют к себе относиться?

— Тут и мы, наверное, недорабатываем. Но главное — народ так затерроризирован кризисами, локальными войнами, дефолтами, пропагандой, пугающей, что может быть еще хуже, что в выборе между «плохим» и «худшим» выбирает просто «плохое». Государство вложило миллиарды рублей в то, чтобы поставить между властью, политическим режимом и Родиной знак равенства. А это не одно и то же.

— Желаю успехов в смене власти конституционными методами.

Беседовал
Сергей Заруднев.

Лента новостей

Отчетность