Орловская искра № 40 (1218) от 4 декабря 2020 года

Легенда о человеке и заводе

Как рождаются легенды? Вероятно, это происходит тогда, когда люди и их дела, оставшиеся в прошлом, кажутся почти невероятными с точки зрения дня нынешнего. «Да, были люди в наше время… Богатыри – не вы!»

В Орле таких легенд становится всё больше по мере нашего удаления от берегов двадцатого века. Одна из них интригует внимательного прохожего на бульваре Победы. Здесь висит мемориальная доска, надпись на которой гласит: «В этом доме с 1981 по 2001 год жил Почётный гражданин города Орла Зелепукин Василий Степанович». 1 декабря года нынешнего, в день 95-летия со дня его рождения, о Зелепукине вспоминали — и здесь, у дома № 2, где висит мемориальная доска, и по другим адресам, где еще живут люди, работавшие с Василием Степановичем и под его началом на орловском заводе «60 лет Октября» (ОРЗЭПе) — на знаменитой «Малютке», как в просторечии называли это предприятие орловчане в течение всех лет его существования.

Почему «Малютка»? А это тоже часть легенды, как и сама биография В. С. Зелепукина.
Он родился 1 декабря 1925 года в селе Александров-Чай Саратовской области. В феврале 1943 года, не окончив десятого класса, ушел на фронт. Служил в артиллерии. Ленинградский фронт, Карелия, Прибалтика, Польша, и, наконец, Берлин, где двадцатилетний Василий расписался на стене рейхстага. Но здоровье было подорвано. В свои двадцать лет Василий Зелепукин стал инвалидом 2 группы.

Но разве не легендарно звучит сегодня, что, оказавшись в таком положении, да еще после двух с лишним лет службы в действующей армии, молодой человек не опустился, не запил, не махнул на себя рукой, а сумел завершить своё среднее образование и даже получить среднее специальное, закончив с отличием Саратовский техникум им. П. Н.Яблочкова? Там же, в Саратове, Зелепукин начал свой трудовой путь, получив направление на завод приемно-усилительных ламп. Стал мастером, потом начальником сборочного цеха, заместителем директора по производству. Заочно получил высшее образование. Участие в создании отечественной электронной промышленности стало его личным делом, его биографией.

Летом 1966 года министерство направляет Зелепукина в Орджоникидзе (Владикавказ) — «поднимать» один из самых отстающих электроламповых заводов страны. К тому времени в Орле уже пять лет работал другой завод той же отрасли, который выпускал сверхминиатюрные приёмно-усилительные лампы. Отсюда и народное название завода – «Малютка». Эпоха полупроводниковых элементов и микросхем была еще впереди. Но приемно-усилительные лампы, чьи габаритные размеры не превышали 7-10 миллиметров, сами по себе были легендарным явлением. И если бы не события 1991 года — кто знает, может быть, они и сегодня еще выпускались бы для нашей оборонной и космической промышленности? Ведь исключительные свойства этих приемно-усилительных элементов – такие, как устойчивость к очень высоким и крайне низким температурам, к механическому воздействию и радиоактивному излучению — делали их незаменимыми в известных областях применения. Привыкшему к компьютерам поколению, наверное, покажется невероятным, что полет первого человека в космос обошелся без полупроводниковых схем – все работало исключительно на электролампах.

«Пальчиковые» приёмно-усилительные лампы четырех модификаций выпускались в Ленинграде, Москве, Калуге, Саратове и других городах Советского Союза, но наиболее массовая модель — так называемая 6Ф1П — производилась только в Орле – до полутора миллионов штук в месяц. Миниатюрность изделия всегда требует исключительно человеческих рук. Миниатюрная икона, плетение кружев, тончайшая вышивка – всё это не поддаётся механизации. На орловском электроламповом заводе сумели запустить автоматическую линию, которая собирала «пакеты сверхминиатюрных ламп с витыми сетками». Легендарный факт! Ведь на похожем отраслевом московском заводе эту технологию освоить так и не смогли.

Завод «Малютка» – это было почти волшебное царство белоснежных женщин-мастериц. Сегодня, когда только воздух сотрясается словами о «высокотехнологичных рабочих местах», в далёкие 60-70-е годы, откуда мы давно уплыли в неизвестность, были реальностью почти сказочные процессы. Точнее — нет, особое искусство – «приварка прямонакальных катодов» под микроскопом, например. Да еще в условиях «вакуумной гигиены»! Это значит, что в цехах, где осуществлялась эта самая «приварка», было чище и белее, чем в операционной.

Весной 1973 года в Орле сошлись две легенды – жизненный путь фронтовика В. С. Зелепукина и орловский электроламповый завод. На предприятии не всё шло гладко. Новый директор, прибывший из Орджоникидзе, где он уже показал себя, должен был ликвидировать и этот прорыв.

«Новый стиль руководства сказался сразу, — читаем в биографии Почетного гражданина г. Орла В. С. Зелепукина. — Начался стремительный рост объемов производства, своевременная поставка продукции потребителям. Повысились качество продукции, эффективность производства и производительность труда. Работники завода стали своевременно получать зарплату и ежемесячную премию в размере 50%, а затем и 75% месячного заработка. С 1973 по 1990 год объемы производства возросли в 7 раз, производительность труда — в 6 раз, зарплата — более чем в 2 раза. Продукция завода поставлялась на экспорт — в США, Англию, Францию, ФРГ, Италию и Японию. В те годы были решены многие социальные вопросы. Увеличилось строительство жилья; были построены общежитие на 300 мест со спортивным залом, клуб «Полет», база отдыха «Мечта», три детских сада, лагерь отдыха детей…

Коллектив завода всегда находился в числе передовых предприятий города по развитию культурно-массовой и спортивной работы. В 1980 году 14 спортсменов завода были удостоены чести нести факел олимпийского огня по территории Орловской области».

И еще одна легендарная деталь: Зелепукина неоднократно приглашали на советскую и партийную работу, предлагали престижные должности, и всякий раз он категорически отказывался.
За этими официальными скупыми строками – эпоха! Словами из легенды звучит сегодня, например, такое понятие как «система непрерывного оперативного планирования». Не знаю, проходят ли сегодня на наших бесчисленных факультетах «менеджмента» что-то подобное. Но, судя по воспоминаниям людей, руководивших заводом ОРЗЭП вместе с Зелепукиным, эта система была достойна подробных мемуаров — не менее увлекательных, чем известная книга американца Альфреда Слоуна «Моя жизнь в «Дженерал Моторс», увидевшая свет в 70-е годы и обретшая популярность на десятилетия вперед. Реальное управление реальным масштабным производством – это всегда интересно и поучительно. Это вам не бизнес-планы «Рогов и копыт» времен постсоветского НЭПа -2.

Более молодые соратники В. С. Зелепукина, которым стали доступны труды Карнеги, искренне удивлялись управленческим знаниям и способностям своего директора, которому уже было за 60. Казалось, что весь этот Карнеги был для него давно прочитанной и отнюдь не самой главной книгой. Хотя, наверное, всё объяснялось проще – кто занимается реальным делом, тот и методики для себя найдет «работающие».

О Василии Степановиче люди, знавшие его и видевшие в работе, вспоминают как о человеке, стремившемся к совершенству. Он даже в большой теннис научился играть «с нуля», будучи уже в возрасте. Коллег удивляла его способность буквально за минуты из смертельно уставшего человека (Зелепукин перенес тяжелую операцию) превратиться в бодрого и подтянутого лидера, готового к активным действиям.

«Если бы такие мужики сегодня в регионах работали, да с широкими полномочиями, то с нашим природным и человеческим потенциалом мы могли бы достичь очень серьезных результатов — даже в нынешних условиях», — сказал мне один из тех, кто работал под началом и рядом с В. С. Зелепукиным во второй половине 80-х годов.

Но, увы, «такие мужики» – теперь только легенда. И почему так случилось, нам еще предстоит разобраться. Если будет кому…

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность