Орловская искра № 34 (1303) от 9 сентября 2022 года

«Невозможна культура, если не самобытна»

В Орле решили отметить 200-летие Н. Я. Данилевского

О его главном фундаментальном труде «Россия и Европа. Эпоха столкновения цивилизаций» Ф. М. Достоевский в свое время сказал, что в будущем это будет настольная книга всякого русского образованного человека. Пока не сбылось. Во всяком случае, в 20 веке наследие Данилевского в России было практически похоронено для массового читателя. Это забвение, в том числе, проявляется даже в том, что до сих пор исследователи не могут определиться с точной датой и местом рождения Николая Яковлевича. По одним данным он родился 28 ноября по старому стилю, то есть 10 декабря — по-новому, по другим — 4 (16) декабря 1822 года.

Среди экспонатов орловской выставки — первого мероприятия, посвященного скорой знаменательной дате, есть документы Российского Государственного исторического архива и Государственного архива Орловской области, которые уточняют, как говорят организаторы, место рождения Данилевского. Село Остров Ливенского района Орловской области. Хотя если полистать интернет, то легко обнаружить, что в публикациях о русском мыслителе нередко указывается другой адрес — село Оберец Измалковского района Липецкой области. Хорошо, если Орловское отделение ВООПИиК, в помещении которого открыта выставка, поставит точку в этом вопросе.

Что же касается значения творчества Данилевского, то в нынешнем столетии наконец-то все точки над «i» расставлены. В предисловии к изданию книги «Россия и Европа» 2014 года («Алгоритм», Москва) читаем: «Каждая цивилизация представляет собой замкнутую духовную сущность, существующую в собственной шкале координат. Попытка одной цивилизации навязать другой собственную систему духовных ценностей ведет к катастрофе и разрушению последней…».
В конце 20-го начале 21-го века стала очевидной вся пагубность увлечения Россией западными теориями общественно-экономического прогресса. Нынешний конфликт на Украине, похоже, и впрямь стал для нас отрезвлением.

А ведь еще во второй половине 19 века Н. Я. Данилевский пытался предостеречь русское общество от системной ошибки — от так называемой теории линейного прогресса. Помните? От первобытнообщинного строя — к рабовладельческому, от рабовладельческого — к феодальному, от феодального — к капитализму и так далее… Это путь Западной Европы, да и то — по мысли «тамошних» ученых. Но все ли народы на своем историческом пути повторяют его?

В России, например, рабовладельческого строя не было как такового, да и средние века отличались от западно-европейских: там военная агрессия и власть в результате захвата территорий, у нас — призвание князей и относительно мирное данничество. Там феоды — как результат военной победы, у нас — как плата за служение великому князю, а позже — царю, хозяину земли русской. Там — феодальный сепаратизм и власть аристократии, почти равная королевской, у нас — хотя и не всегда успешное, но достаточно упорное стремление к государственному единству под властью единственного полноправного правителя.

Данилевский первым сказал решительное «нет» линейной теории прогресса, которую технически преуспевающий Запад в гордыне своей уже тогда, в 19 столетии, пытался навязать всему миру. За Данилевским практически к тем же выводам уже в следующем столетии пришли некоторые европейский ученые: О. Шпенглер. А. Тойнби, Ф. Нортроп, А. Шубарт и наш, изгнанный из России в 1920-х годах, русский социолог Питирим Сорокин.

Не по линейке развивается человечество, а в рамках культурно-исторических типов, иначе — самобытных цивилизаций. Они сменяют друг друга, бывает, что какое-то время существуют параллельно, оказывают взаимное влияние, умирают и рождаются. Но никогда не подменяют одна другую.

«Прогресс состоит не в том, чтобы всем идти в одном направлении, а в том, чтобы всё поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, исходить в разных направлениях…», — говорится в книге «Россия и Европа».

Взаимное влияние цивилизаций, по Данилевскому, возможно тремя способами — колонизация, то есть фактически насильственное навязывание тех или иных форм государственного и общественно-нравственного устройства; ассимиляция — Данилевский сравнивает ее с прививкой ветвей на фруктовые деревья; наконец, третий способ — полное поглощение одних народов другими.

Первый способ практиковался странами Западной Европы. Итог известен — колониальная система рухнула практически во всем мире. Вторым формировалась Россия, Российская империя, можно добавить — отчасти и Советский Союз.

Ну, действительно, ветка одного сорта яблони, привитая на дерево другого сорта, все равно сохраняет свои особенности, и в тоже время она становится частью единого целого. Не так ли формировалось общество Российской империи, когда русский народ вовлек в орбиту своего исторического и государственного движения другие народы?

Пусть отчасти, но разве не возникло на пространствах единой страны сообщество обрусевших татар, грузин, армян, чеченцев и так далее? Сохранив национальные особенности, представители этих народов все же приобщились к русской культуре и жили с русским людьми бок о бок, не испытывая особых, непреодолимых противоречий. И большинство достижений нашей страны обусловлено именно этим фактором.

Увы, процесс ассимиляции на просторах Российской империи не был завершен. И сохранившиеся центробежные силы разорвали столетиями единое государство. Но кто сказал, что процесс ассимиляции завершился? Во всяком случае, на все сто процентов подтвердился следующий вывод Данилевского: «Государство только тогда может соответствовать своему предназначению, когда будет движимо одною национальною волею, что возможно лишь в трех случаях: 1) когда в состав государства входит одна национальность; 2) или когда численное и нравственное преобладание господствующей народности так сильно, что включенные в государственный состав слабые национальности не могут оказывать никакого действительного сопротивления выражению его национальной воли, и, следовательно, собственный интерес побуждает их слиться в одно целое; или, наконец, 3) когда главная национальность хотя и не преобладает численно, но одна лишь имеет политическую волю; прочие же, хотя и многочисленные, составляют лишь материал, которым верховная национальность может распоряжаться по своему произволу».

Распад великой империи в точности объясняется первыми двумя пунктами: ослабление воли и авторитета русского народа, сокращение его численности в том числе спровоцировали сепаратизм национальных окраин, национальный эгоизм местных элит.

Актуальной остается мысль Данилевского и по третьему пунк­ту: не вспомним про первые два — окажемся под властью «малого народа»! Под этим термином еще со времен Великой французской революции подразумевалась некая общность людей, живущих в одной стране и ненавидящих все ее обычаи и начала и потому жаждущих во что бы то ни стало переделать ее на свой лад согласно неким «прогрессивным» революционным теориям.

Примечательно, что одним из главных условий наиболее успешного развития того или иного культурно-исторического типа (цивилизации) Данилевский считал как раз этническое многообразие. И здесь только кажущееся противоречие. Да, государства тяготеют к мононациональному содержанию. Но это примитивная форма цивилизации. Богаче она становится только при условии «единства различных».
Это сложное образование, которое восходит к христианскому мировоззрению и единству Святой Троицы. И именно потому, что русскому народу было дано если не умом, то сердцем постичь этот идеал, Данилевский видел перспективу рождения великой славянской цивилизации, основой которой будет русский народ.

«Со стороны объективной, фактической русскому и большинству прочих славянских народов достался исторический жребий быть вместе с греками главными хранителями живого предания религиозной истины — православия и, таким образом, быть продолжателями великого дела, выпавшего на долю Израиля и Византии… Со стороны субъективной, психической, русские и прочие славяне одарены жаждою религиозной истины. Что подтверждается как нормальными проявлениями, так и самыми искажениями этого духовного стремления».

Данилевский был уверен в своем народе и в том, что цивилизация, основанная на «единстве различных», рано или поздно придет на смену германо-романскому, иначе — европейскому культурно-историческому типу. Парадокс, однако, в том, что достигнув расцвета, каждый культурно-исторический тип, как утверждает Данилевский, начинает умирать. Так что, получается процесс формирования цивилизации — это лучшее ее время, это ее молодость, что, в общем, подтверждает сама жизнь человеческая.

Да, цивилизация не мыслима и без политического единства, и без научно-технических достижений, и без целого ряда других факторов, на которые Данилевский также указывает в своей книге. Но главное все-таки не это. «…Невозможна сама культура, которая и имени этого не заслуживает, если не самобытна», — написал Данилевский на все времена.

28 октября 2022 года в библиотеке им. Бунина состоится еще одно мероприятие, посвященное 200-летию Николая Яковлевича Данилевского — «круг­лый стол» под общим названием «Наследие Н. Я. Данилевского в сознании современного человека». Участникам предоставится возможность обсудить различные аспекты деятельности и творчества русского мыслителя.
Пришло время «собирать камни».

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц