Красная строка № 1 (307) от 16 января 2015 года

Рубль обрушили. Что дальше?

Под впечатлением обещаний о «реализации приоритетных направлений развития экономики» и о «безусловном выполнении социальных обязательств, намеченных в майских указах В. В. Путина» подавляющая часть россиян восприняла обвал рубля к доллару как гром среди ясного неба. Но обвал случился. Что к этому дело шло давно, причем, задолго до объявления антироссийских санкций, объяснялось неоднократно. Но обратимся к статье И. Загайтова более чем двухлетней давности — «Шанс
для экономики России».

В ней речь шла о том, что поскольку капиталистическая экономика развивается циклично, то после кризиса 2008—2009 гг., благодаря обновлению активной части основного капитала, «примерно в 2017—2019 гг., весьма вероятно, последует новый кризис».

Чтобы локализовать угрозы, связанные с грядущим кризисом, предлагалось воспользоваться ожидаемо «благоприятной конъюнктурой в ближайшие 4—5 лет». При этом отмечалось: «Практически это означает,
что именно на ближайшие 4—5 лет должны быть мобилизованы и направлены в развитие народного хозяйства России максимальные объёмы инвестиционных ресурсов. Особенно в отрасли, ориентированные на внутренний рынок, а также на рынок стран Азии и Латинской Америки».

Указывалось, что реализовать этот шанс перестройки производства «не удастся, если значительная часть избытка экспорта над импортом (в 2011 году — 206 млрд. долл., то есть 6 триллионов рублей) и впредь будет направляться в «подушку безопасности» и в накопления наших олигархов. Если в их же интересах будут забыты предвыборные обещания в части радикального изменения системы налогообложения, — с целью стимулировать рост отечественного потенциала инвестиционных ресурсов».

Однако в дальнейшем именно эти удушающие экономику «если» стали реальным фактом управления народным хозяй­ством РФ. Больше того, экономический блок правительства получил подкрепление за счет либералов, готовых приумножать дело команды Е. Гайдара — за разговорами о модернизации, инновациях, повышении конкурентоспособности обеспечивать всё больше свободы в движении капиталов, обслуживающих алчные интересы олигархата.

Вот и последние данные Госкомстата: несмотря на западные санкции, избыток экспорта над импортом за 9 месяцев прошлого года превысил соответ­ствующий показатель 2013 года на 9,8%. И никаких преград оттоку капитала; рост дифференциации доходов населения; рост паразитического потребления финансовых, материальных и трудовых ресурсов; снижение платёжеспособного спроса на товары отечест­венного производства!

В итоге завершили 2014 год началом рукотворного промежуточного кризиса. Промежуточного в том смысле, что традиционный для капиталистического хозяйства циклический кризис должен поразить экономику западных стран несколько позднее, примерно в 2017—2019 гг. (предыдущие циклические кризисы были в 1981, 1991, 2001, 2008 гг.).

Тогда для России, уже вступающей в кризис, это будет означать переход «из огня да в полымя». Понимают ли это наши руководители, последователи либерально-олигархического курса социально-экономической политики?

Сомневаемся, что понимают на том уровне, на котором должны понимать те, кому доверено руководство экономикой большой державы. Сомневаемся потому, что подобно своим кумирам — Е. Гайдару и
А. Чубайсу — они предпочитают прогнозы, построенные не на знании научно обоснованных законов, а декларируемые с опорой на интуицию людей, далёких от реальной экономики. Поэтому их прогнозы динамики ВВП, индекса цен и инфляции, производительности труда, перспектив модернизации производства, повышения его конкурентоспособности, а в целом — улучшения геоэкономического и геополитического положения страны, как и следовало ожидать, регулярно проваливаются.

Но, кроме того, при оценке результатов их управленческой деятельности следует еще иметь в виду, что для последователей Е. Гайдара и А. Чубайса рынок — это не система согласованно регулируемых отношений, призванных улучшать условия жизнедеятельности всего общества. Рынок для них — это только конкурентная игра в интересах сильных мира сего, под девизом: «Пусть проигравший плачет, кляня свою судьбу». Поэтому их не пугает использование рынка в качестве инструмента роста безработицы и бездомности (отсюда пожелание Д. А. Медведева россиянам — быть готовыми к перемене и места работы, и места жительства). Не пугает их и кризис, если он чистит рыночное поле путём банкротства мелкого и среднего бизнеса — в пользу «стратегических частных собственников».

Обратим внимание, как умиротворённо они говорят о пользе падения курса рубля для роста доходов экспортёров и якобы для исполнения бюджета. А как одновременно они и обвиняют во всех валютных неурядицах спекулянтов, и безапелляционно заявляют о недопустимости усиления валютного регулирования.

Есть еще один аргумент, которым они оправдывают последний обвал рубля — дешевый рубль будет стимулировать замещение импорта отечественным производством, ускорит экономический рост. Но так ли это? Обратимся к официальным данным таблицы.

Как видим, ничего позитивного в плане темпов роста ВВП падение курса рубля в 2013 и 2014 гг. не дало. Наоборот, небольшое укрепление рубля в 2012 году позволило иметь рост ВВП на уровне 3,4%, тогда как последующему ослаблению рубля сопутствовало снижение темпов роста.

Поэтому естественно, что вслед за нынешним обвалом рубля, который к тому же сопровождается падением цен на нефть, даже президент страны В. В. Путин оказался вынужденным признать, что на ближайшие несколько лет Россия, в отличие от основных стран «двадцатки», вступает в промежуточный кризис.

Можно думать, что такое признание далось ему нелегко, поскольку совсем недавно, в Послании Федеральному Собранию, он ставил в качестве важнейшей — задачу «вырваться из ловушки нулевых темпов роста, в течение 3—4 лет выйти на темпы роста выше средних мировых. Только так можно ускорить наше влияние и хозяйственную независимость».

В этих лучших намерениях президента определённо подвели те руководящие экономикой либералы, которые помогли настолько провалить рубль, чтобы это позволило Э. Набиуллиной и А. Улюкаеву уверенно проектировать на несколько ближайших лет падение ВВП, с возможным ростом его только в 2017 году, и только на 1%.

А что обещает России снижение ВВП в 2015 году, скажем, на 4,5%? Поскольку нынешний объём ВВП несколько превышает 70 трлн. руб., то страна потеряет свыше 3 триллионов рублей. А как измерить в рублях материальные и моральные последствия банкротств, которые ожидают наивных предпринимателей, поверивших, что о них позаботятся руководители Центрального Банка, Министерства экономики и Минфина?

А за счёт каких средств компенсировать основной массе населения грядущее сокращение занятости и повышение цен, тарифов? А как всё это отразится
на геополитическом положении России, учитывая, что в ближайшие 3 года наши либералы предсказывают существенное усиление отставания РФ от средних мировых темпов роста экономики?

Успокоиться надеждой на то, что до 2017 года промежуточный кризис с помощью «невидимой руки рынка» сам собой рассосётся? Но где гарантия, что стихийный рынок, отпущенный на милость олигархата, настолько изменит технико-технологическую и социальную структуру нашей экономики, что за несколько лет РФ сумеет вырваться из объятий Запада, которому угрожает очередной циклический кризис примерно в 2017—2019 гг.?

Так, может быть, не надеяться на «авось», а ввести в действие НЭП, который позволит переложить тяготы нынешнего рукотворного кризиса на плечи тех, кто в нём повинен? Используя для этого, как минимум,
давно принятые, но не исполняемые законы государственного регулирования хозяйственной деятельности тех субъектов рынка, которым пора громко сказать «спасибо» за кризис.

Кто же они? Большинство комментаторов считает повинными не только мировых «акул бизнеса», которые обрушили цены на нефть, но и наших отечественных спекулянтов валютой. При этом, если допускается, что на падение нефтяных цен во многом повлиял сговор олигархов международного уровня, то почему бы не признать, что и в РФ немало тех, кто способен сговариваться о способах давления на рынок?

В этой связи давайте подумаем, кто конкретно мог бы участвовать
в таком сговоре. Естественно, не 38 млн. пенсионеров и не 67 млн. наёмных работников.

Чтобы серьёзно повлиять на валютный рынок, нужно иметь огромные рублёвые суммы на своих счетах, но и у мелкого и среднего бизнеса таких средств нет. Ясно, что объединиться в борьбе за повышение курса иностранной валюты, могут лишь те, кому это выгодно. А эту часть россиян вычислить не сложно. Прежде всего, это самые крупные экспортёры и те,
кто ранее скопил значительные объёмы не только валюты, но и рублёвой наличности.

Поскольку их немного, нет ничего удивительного, что в критический момент В. В. Путин публично предупредил — эти люди правительству известны. Он не назвал фамилий, но видимо, подействовало. Срочно прошли переговоры членов экономического блока правительства с общеизвестными «капитанами экспортного бизнеса», которые согласились выложить часть ранее «придержанной» валюты и оказались вынужденными направить её
на укрепление биржевого курса рубля.

Согласие достигнуто в форме компромисса. Теперь каждый доллар, реальная цена которого (в оценке по паритету покупательной способности) никак не больше 20 рублей, будет приносить экспортёрам дополнительную прибыль в размере не 19 руб. 38 коп. (39,38 — 20), как то было 1 октября
2014 года, и не 47 рублей (67 — 20), которые высвечивались 16 декабря. Скорее всего, дополнительный подарок экспортёрам за обвал рубля составит в 2015 году, по сравнению с октябрём 2014 года, не более 15 рублей.
Такой вот компромисс.

А поскольку совокупный объём экспорта в следующем году, видимо, будет не ниже 500 млрд. долл., то доходы от экспорта увеличатся примерно на 7,5 триллионов рублей. Часть из этой суммы придётся в виде налогов отдать в бюджет, что позволит пусть и обесцененными рублями, но номинально выполнять майские указы президента. Часть дополнительной прибыли олигархов от экспорта придётся потратить на дорожающий импорт необходимого им оборудования, потребительских благ и услуг, но несколько триллионов «премиальных» за обрушение рубля должно у экспортёров остаться.

Конечно, если бы государ­ство регулировало рациональное использование этих ресурсов в интересах совершенствования структуры и развития народного хозяйства, можно было бы ожидать ускорения общественного развития. Но тревожит тот факт, что правительство уже заявляет о нецелесообразности жесткого контроля движения валютных ресурсов, в частности, отказываясь от контроля предусмотренной законом еще в 1992 году продажи 50% экспортной выручки.

Смущает, что контроль за преодолением данного кризиса возложен на верного либерала, первого вице-премьера И. Шувалова, который, как известно, буквально за месяц до начала кризиса 2009 года уже представлял в правительство многообещающую программу экономического роста. А затем так руководил экономикой, что спад в РФ оказался самым глубоким в «двадцатке», но не помешал домохозяйке О. Шуваловой в кризисном 2009 году заработать 640 млн. рублей.

Хотелось бы думать, что падение рубля просто случайно последовало за продекларированной готовностью руководства страны амнистировать размещенные за рубежом криминальные доходы российских жуликов и бизнесменов. По данным некоторых СМИ общая сумма таких доходов достигает 2000 млрд. долл. Поэтому несложно подсчитать, что благодаря подорожанию доллара владельцы этих доходов, в рублёвом эквиваленте, сразу становятся богаче на 30 триллионов рублей. Так может быть,
и они поучаствовали в спекулятивном давлении на рубль?

Хорошо быть добрым и всё прощающим, когда тебя окружают люди здоровые и надолго материально обеспеченные. Сложнее, если ты озабочен судьбами десятков миллионов сограждан, которым в ближайшие несколько лет предстоит оказаться за чертой бедности. Тогда ты ищешь различные способы поддержки населения — стимулированием занятости, поощрением роста зарплаты, введением высоких ставок налогов на сверхдоходы, заменой налогов на малоимущих — акцизными сборами, изъятием земельной ренты, дивидендов и др. видов паразитарных расходов.

Стихийный рынок на это не способен. Поэтому до тех пор, пока управление экономикой находится под колпаком надежд на созидательный потенциал «невидимой руки рынка», скорее всего, будут вновь и вновь накапливаться многообразные факторы сужения возможностей роста производства, будет и дальше увеличиваться разрыв в доходах трудящегося люда и «золотой сотни» «стратегических собственников». Будет расти бедность. И всё это — под «резиновые» обещания либеральных трубадуров.

И. Загайтов,
доктор экономических наук,
Н. Турищев,
кандидат экономических наук.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц