Красная строка № 24 (246) от 12 июля 2013 года

«Вот пусть он сам за себя похлопочет, а мы рассмотрим…»

Как увековечить имя героя в Орле? Судя по всему, очень непросто. Порядок таков: «В соответствии с положением «О порядке установки объектов монументального искусства на территории города Орла», утвержденным постановлением Орловского городского Совета народных депутатов от 26.06 2003 г. № 35/427-ГС, для установки информационной доски на доме, где проживал (тот или иной герой. — «КС»), необходимо направить в Орловскую городскую комиссию по наименованию, переименованию улиц и установке объектов монументального искусства на территории города следующие документы:

1. мотивированное обоснование необходимости установки доски;

2. биографию (того или иного героя. — «КС»);

3. предложения по тексту на доске, адресу и месту ее установки;

4. письменное согласие жильцов дома на установку доски;

5. источники финансирования работ по проектированию, изготовлению и установке доски;

6. эскиз, согласованный с управлением архитектуры и градостроительства города».

По крайней мере, так излагает заместитель главы администрации горда Орла Е. В. Данилев­ская в своем письме на имя М. Ф. Кошкина, полковника в отставке, предложившего городским властям увековечить имя Героя Советского Союза Роберта Александровича Клейна — путем установления мемориальной доски на доме № 5 по ул. Московской, где он жил последние десятилетия. До этого Роберт Александрович проживал в собственном доме на ул. Маяковского. Тот сохранился до сих пор и заметно отличается от соседних каким-то не местным колоритом. В начале 70-х Клейн с женой, выпустив из семейного гнезда троих повзрослевших детей, безвозмездно передали свою усадьбу и дом площадью 96 кв. м городу. А сами переселились в небольшую двухкомнатную квартиру на Московской улице. Есть что отметить мемориальной доской, не правда ли?

Но, судя по изложенному Е. В. Данилевской порядку, любая инициатива по установке мемориальной доски в нашем городе окажется «наказуемой». Только вдумайтесь! Значит, если возникнет идея установить мемориальную доску в память о ком-то, то автору идеи придется самому и художника найти, и деньги (как будто это прихоть, а не общественно значимое дело), и в управлении архитектуры всё согласовать, и только потом представить материалы на суд уважаемой комиссии, в которую входят депутаты горсовета и чиновники администрации города. Да еще и мотивированное обоснование сочинить! Последнее кажется особенно странным: ведь если человек заслуженный или того конкретнее — Герой Советского Союза, как, например, Р. А. Клейн, если он жил и работал в Орле, то какие еще могут быть обоснования?

Что же касается биографии, то в наш век информационных технологий такое требование к заявителям представляется и вовсе излишним: достаточно набрать в Яндексе фамилию героя, и Интернет выдаст с десяток сайтов с подробнейшей информацией о всех этапах жизни и подвигах человека. Наберем, к примеру: «Р. А. Клейн». Компьютер тут же выдает: «Роберт Александрович Клейн, капитан, командир разведки партизанского соединения С. Ковпака. Родился 9 марта 1913 года в с. Кривцовке Камышинского района Волгоградской области. Поволжский немец. В 1931 году в г. Марксе окончил автомеханический техникум. В 1932 году по комсомольской путевке ушел в Красную Армию. После двухлетней службы на Дальнем Востоке был командирован на учебу в Ульяновскую бронетанковую школу имени В. И. Ленина, которую окончил в 1937 году.

Великую Отечественную войну встретил на Юго-Западном фронте в звании старшего лейтенанта, в должности командира танковой роты. 12 сентября 1941 года под г. Остер был тяжело ранен и в бессознательном состоянии остался на поле боя. Местными жителями был подобран и укрыт от гитлеровцев. Вылечившись, работал на оккупированной территории начальником автогаража Переяславского гебитскомиссариата, где создал подпольную группу патриотов. В июне 1943 года, взорвав гараж, перешел в партизанский отряд. В 1944 году был начальником разведки и помощником начальника штаба 1-й Украинской партизан­ской дивизии, действовавшей на территории Украины и Польши. Под Варшавой был вторично тяжело ранен. За боевые заслуги перед Родиной награжден орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени (1944), медалями «Партизану Отечественной войны» 1-й степени (1944), «За оборону Киева» и двумя другими медалями, а также высшей военной наградой Польской Народной Республики — Золотым крестом ордена «Виртути Милитари».

Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» Роберту Александровичу Клейну присвоено 4 января 1944 года за образцовое выполнение специальных заданий командования в тылу врага и особые заслуги в развитии партизанского движения на Украине.

В 1946 году Р. А. Клейн по инвалидности был уволен из Советской Армии и с тех пор жил и работал в г. Орле. Умер в 1990 году. Похоронен на Троицком кладбище».

И получить эту информацию под силу любому члену город­ской комиссии по переименованию улиц и т. д. Почему же эту работу нужно перекладывать на плечи тех, кто призывает саму власть потрудиться ради увековечивания памяти героя? И кому, как не власти, сподручнее решить вопрос и с оформлением доски, и с выбором места на стене дома? Кому, как не власти, проще провести опрос жильцов дома, чтобы выяснить их отношение к инициативе по установлению мемориальной доски? И уж тем более — все, что нужно, согласовать в управлении архитектуры, которое, между прочим является структурным подразделением городской исполнительной власти.

Что же касается конкретно Роберта Александровича Клейна, то в свое время мемориальную доску с его барельефом уже планировалось установить на здании того самого областного транспортного управления по ул. Революции, которое он возглавлял почти три десятка лет, начиная с послевоенного 1946 года. В бытность мэром города Е. Н. Вельковский поддержал эту идею, и скульптор В. И. Охохонин выполнил и эскиз, и даже саму доску. Так что при желании администрация города могла бы разыскать этот образец и взять его за основу новой доски, где вместо слов «Здесь работал…» будет написано: «Здесь жил Герой Советского Союза Роберт Александрович Клейн». Думается, что Ефим Николаевич Вельковский не отказался бы помочь администрации города в решении этого вопроса.

А чтобы уж и вовсе развеять всякие сомнения в обоснованности инициативы полковника М. Ф. Кошкина, полистаем дальше интернет-страницы, посвященные Клейну. Вот например, что рассказывает сайт «Молодая гвардия»: «Роберт Клейн провел десятки смелых по замыслу и дерзких по исполнению операций в тылу гитлеровцев. Одна из них была осуществлена в сентябре 1943 года. В штабе партизан­ского движения Украины Клейн получил задачу задержать отход 4-й танковой армии противника, не допустить занятия ею заранее подготовленного рубежа обороны на правом берегу Днепра и тем самым облегчить войскам Воронежского фронта форсирование реки. Переодевшись в форму полковника Генерального штаба германской армии, Клейн вместе с шофером-партизаном А. В. Тканко, надевшим мундир вахмистра, отправился в г. Черкассы. Роскошный «оппель-адмирал» остановился возле переправы гитлеровцев через Днепр. Клейн вышел из машины, вызвал к себе начальника переправы и, отрекомендовавшись уполномоченным фюрера, приказал:

— За Днепр ни одной машины не пропускать! Армия должна удержать плацдарм на левом берегу реки и ждать подходящие с запада резервы. Отсюда по плану фюрера начнется новое наступление…

Начальник переправы начал выполнять приказ «полковника». Отступающие части возвращались обратно и занимали оборону на указанном Клейном рубеже. Командиры немецких частей были недовольны таким решением. Начальник переправы потребовал от Клейна документы и письменное подтверждение приказа. Наступила критическая минута. Тканко уже полез под брезент за ручными гранатами. Но тишину вдруг прорезал яростный крик Клейна:

— Именем фюрера! — «полковник» выхватил пистолет и в упор застрелил начальника переправы. Его новенький никелированный «вальтер» блеснул серебряной табличкой с монограммой Гудериана…

Выстрел положил конец сомнениям фашистских офицеров. Они окончательно убедились, что перед ними человек, облеченный неограниченной властью. Приказ «представителя фюрера» стал выполняться с еще большим усердием.

Шесть часов распоряжался Клейн вражеской переправой. Вызвав по радио авиацию и перерезав провод, ведущий к заложенным под переправу зарядам взрывчатки, он уехал. Вскоре наши бомбардировщики нанесли удар. Враг понес огромные потери».

Мы привели этот эпизод (а он далеко не единственный в биографии героя) специально для заместителя главы администрации г. Орла Е. В. Данилев­ской и членов комиссии по переименованию улиц и установке объектов монументального искусства. Полагаем, подготовить формальное обоснование на базе этих материалов не составит труда специалистам с Пролетарской горы. А то ведь как-то странно получается: власть в городе есть и специальная комиссия есть, а вешать мемориальные доски в память о героях должен пенсионер Кошкин или кто–либо еще, чуть ли не сам «увековечиваемый», предварительно убедив власть, что это действительно нужно городу. Не лучше ли наоборот?

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность