Красная строка № 24 (246) от 12 июля 2013 года

«Вот пусть он сам за себя похлопочет, а мы рассмотрим…»

Как увековечить имя героя в Орле? Судя по всему, очень непросто. Порядок таков: «В соответствии с положением «О порядке установки объектов монументального искусства на территории города Орла», утвержденным постановлением Орловского городского Совета народных депутатов от 26.06 2003 г. № 35/427-ГС, для установки информационной доски на доме, где проживал (тот или иной герой. — «КС»), необходимо направить в Орловскую городскую комиссию по наименованию, переименованию улиц и установке объектов монументального искусства на территории города следующие документы:

1. мотивированное обоснование необходимости установки доски;

2. биографию (того или иного героя. — «КС»);

3. предложения по тексту на доске, адресу и месту ее установки;

4. письменное согласие жильцов дома на установку доски;

5. источники финансирования работ по проектированию, изготовлению и установке доски;

6. эскиз, согласованный с управлением архитектуры и градостроительства города».

По крайней мере, так излагает заместитель главы администрации горда Орла Е. В. Данилев­ская в своем письме на имя М. Ф. Кошкина, полковника в отставке, предложившего городским властям увековечить имя Героя Советского Союза Роберта Александровича Клейна — путем установления мемориальной доски на доме № 5 по ул. Московской, где он жил последние десятилетия. До этого Роберт Александрович проживал в собственном доме на ул. Маяковского. Тот сохранился до сих пор и заметно отличается от соседних каким-то не местным колоритом. В начале 70-х Клейн с женой, выпустив из семейного гнезда троих повзрослевших детей, безвозмездно передали свою усадьбу и дом площадью 96 кв. м городу. А сами переселились в небольшую двухкомнатную квартиру на Московской улице. Есть что отметить мемориальной доской, не правда ли?

Но, судя по изложенному Е. В. Данилевской порядку, любая инициатива по установке мемориальной доски в нашем городе окажется «наказуемой». Только вдумайтесь! Значит, если возникнет идея установить мемориальную доску в память о ком-то, то автору идеи придется самому и художника найти, и деньги (как будто это прихоть, а не общественно значимое дело), и в управлении архитектуры всё согласовать, и только потом представить материалы на суд уважаемой комиссии, в которую входят депутаты горсовета и чиновники администрации города. Да еще и мотивированное обоснование сочинить! Последнее кажется особенно странным: ведь если человек заслуженный или того конкретнее — Герой Советского Союза, как, например, Р. А. Клейн, если он жил и работал в Орле, то какие еще могут быть обоснования?

Что же касается биографии, то в наш век информационных технологий такое требование к заявителям представляется и вовсе излишним: достаточно набрать в Яндексе фамилию героя, и Интернет выдаст с десяток сайтов с подробнейшей информацией о всех этапах жизни и подвигах человека. Наберем, к примеру: «Р. А. Клейн». Компьютер тут же выдает: «Роберт Александрович Клейн, капитан, командир разведки партизанского соединения С. Ковпака. Родился 9 марта 1913 года в с. Кривцовке Камышинского района Волгоградской области. Поволжский немец. В 1931 году в г. Марксе окончил автомеханический техникум. В 1932 году по комсомольской путевке ушел в Красную Армию. После двухлетней службы на Дальнем Востоке был командирован на учебу в Ульяновскую бронетанковую школу имени В. И. Ленина, которую окончил в 1937 году.

Великую Отечественную войну встретил на Юго-Западном фронте в звании старшего лейтенанта, в должности командира танковой роты. 12 сентября 1941 года под г. Остер был тяжело ранен и в бессознательном состоянии остался на поле боя. Местными жителями был подобран и укрыт от гитлеровцев. Вылечившись, работал на оккупированной территории начальником автогаража Переяславского гебитскомиссариата, где создал подпольную группу патриотов. В июне 1943 года, взорвав гараж, перешел в партизанский отряд. В 1944 году был начальником разведки и помощником начальника штаба 1-й Украинской партизан­ской дивизии, действовавшей на территории Украины и Польши. Под Варшавой был вторично тяжело ранен. За боевые заслуги перед Родиной награжден орденом Богдана Хмельницкого 3-й степени (1944), медалями «Партизану Отечественной войны» 1-й степени (1944), «За оборону Киева» и двумя другими медалями, а также высшей военной наградой Польской Народной Республики — Золотым крестом ордена «Виртути Милитари».

Звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда» Роберту Александровичу Клейну присвоено 4 января 1944 года за образцовое выполнение специальных заданий командования в тылу врага и особые заслуги в развитии партизанского движения на Украине.

В 1946 году Р. А. Клейн по инвалидности был уволен из Советской Армии и с тех пор жил и работал в г. Орле. Умер в 1990 году. Похоронен на Троицком кладбище».

И получить эту информацию под силу любому члену город­ской комиссии по переименованию улиц и т. д. Почему же эту работу нужно перекладывать на плечи тех, кто призывает саму власть потрудиться ради увековечивания памяти героя? И кому, как не власти, сподручнее решить вопрос и с оформлением доски, и с выбором места на стене дома? Кому, как не власти, проще провести опрос жильцов дома, чтобы выяснить их отношение к инициативе по установлению мемориальной доски? И уж тем более — все, что нужно, согласовать в управлении архитектуры, которое, между прочим является структурным подразделением городской исполнительной власти.

Что же касается конкретно Роберта Александровича Клейна, то в свое время мемориальную доску с его барельефом уже планировалось установить на здании того самого областного транспортного управления по ул. Революции, которое он возглавлял почти три десятка лет, начиная с послевоенного 1946 года. В бытность мэром города Е. Н. Вельковский поддержал эту идею, и скульптор В. И. Охохонин выполнил и эскиз, и даже саму доску. Так что при желании администрация города могла бы разыскать этот образец и взять его за основу новой доски, где вместо слов «Здесь работал…» будет написано: «Здесь жил Герой Советского Союза Роберт Александрович Клейн». Думается, что Ефим Николаевич Вельковский не отказался бы помочь администрации города в решении этого вопроса.

А чтобы уж и вовсе развеять всякие сомнения в обоснованности инициативы полковника М. Ф. Кошкина, полистаем дальше интернет-страницы, посвященные Клейну. Вот например, что рассказывает сайт «Молодая гвардия»: «Роберт Клейн провел десятки смелых по замыслу и дерзких по исполнению операций в тылу гитлеровцев. Одна из них была осуществлена в сентябре 1943 года. В штабе партизан­ского движения Украины Клейн получил задачу задержать отход 4-й танковой армии противника, не допустить занятия ею заранее подготовленного рубежа обороны на правом берегу Днепра и тем самым облегчить войскам Воронежского фронта форсирование реки. Переодевшись в форму полковника Генерального штаба германской армии, Клейн вместе с шофером-партизаном А. В. Тканко, надевшим мундир вахмистра, отправился в г. Черкассы. Роскошный «оппель-адмирал» остановился возле переправы гитлеровцев через Днепр. Клейн вышел из машины, вызвал к себе начальника переправы и, отрекомендовавшись уполномоченным фюрера, приказал:

— За Днепр ни одной машины не пропускать! Армия должна удержать плацдарм на левом берегу реки и ждать подходящие с запада резервы. Отсюда по плану фюрера начнется новое наступление…

Начальник переправы начал выполнять приказ «полковника». Отступающие части возвращались обратно и занимали оборону на указанном Клейном рубеже. Командиры немецких частей были недовольны таким решением. Начальник переправы потребовал от Клейна документы и письменное подтверждение приказа. Наступила критическая минута. Тканко уже полез под брезент за ручными гранатами. Но тишину вдруг прорезал яростный крик Клейна:

— Именем фюрера! — «полковник» выхватил пистолет и в упор застрелил начальника переправы. Его новенький никелированный «вальтер» блеснул серебряной табличкой с монограммой Гудериана…

Выстрел положил конец сомнениям фашистских офицеров. Они окончательно убедились, что перед ними человек, облеченный неограниченной властью. Приказ «представителя фюрера» стал выполняться с еще большим усердием.

Шесть часов распоряжался Клейн вражеской переправой. Вызвав по радио авиацию и перерезав провод, ведущий к заложенным под переправу зарядам взрывчатки, он уехал. Вскоре наши бомбардировщики нанесли удар. Враг понес огромные потери».

Мы привели этот эпизод (а он далеко не единственный в биографии героя) специально для заместителя главы администрации г. Орла Е. В. Данилев­ской и членов комиссии по переименованию улиц и установке объектов монументального искусства. Полагаем, подготовить формальное обоснование на базе этих материалов не составит труда специалистам с Пролетарской горы. А то ведь как-то странно получается: власть в городе есть и специальная комиссия есть, а вешать мемориальные доски в память о героях должен пенсионер Кошкин или кто–либо еще, чуть ли не сам «увековечиваемый», предварительно убедив власть, что это действительно нужно городу. Не лучше ли наоборот?

Андрей Грядунов.

Лента новостей

Отчетность

самые читаемые за месяц