Мышиная возня

Председатель домового комитета В. А. Плащенкова в боях на жилищно-коммунальном фронте закалилась изрядно. Вышла победителем в схватке с кабельными компаниями, хозяйничавшими в подъездах и на крыше дома, не обращая внимания на собственников. Благодаря ее хлопотам пяти-этажка была включена в программу капитального ремонта.

А год назад Валентина Андреевна взялась распутывать еще один коммунальный «узел». Анализируя приход и расход на домовом лицевом счете, она обнаружила явную несуразность. Оказывается, по бумагам, в их подвале каждые две недели проводится химическая обработка против грызунов — так называемая дератизация, которую жильцы, естественно, оплачивают.

Валентина Андреевна в доме № 27 по ул. Игнатова живет с момента его сдачи в эксплуатацию, что произошло без малого сорок лет назад — 28 ноября 1970 года. С тех пор дератизация в подвале проводилась лишь раз, и то по инициативе жильцов. Дом этот — бывший кооперативный, его обитатели изначально вложили в жилье свои денежки, потому всегда поддерживали здесь порядок. Например, подвальные двери и окна здесь обязательно на замке. Как же умудряются борцы с мышами попасть в подвальное помещение? А если никакой дератизации в подвале не проводят, то на каком же основании со счета дома регулярно снимаются деньги за эту процедуру? И по каким нормативам запланировано аж 24 обработки в год?

С этими вопросами Валентина Андреевна подалась в свое ЖЭУ-20, затем в управляющую компанию ЗАО «ЖРЭУ-1». Узнав о причине визита, работники ЖРЭУ сперва над ней даже посмеялись: дескать, что-то напутала — в договоре по управлению домом говорится о двух обработках в год, а не в месяц.

Однако уже при повторной встрече тех же работников словно подменили. Они стали убеждать Плащенкову в необходимости дератизации каждые две недели.

— Но, во-первых, она не проводится вообще, а деньги снимаются, — пыталась объяснить Плащенкова. — Во-вторых, почему нужно именно столько обработок? Покажите мне эти нормативы.

Никаких таких документов в ЖРЭУ не оказалось. И затребовать их в ФГУ «Орловская городская дезинфекционная станция», которая является исполнителем работ, в управляющей компании отказались.

Осталось председателю домкома разбираться самой. Единственное, что удалось выторговать у управляющей, — чтобы акты выполненных работ впредь подписывались домкомом, как и предусмотрено решением общего собрания собственников жилых помещений. Разговор этот происходил в марте прошлого года. Однако в следующем же месяце дезстанция перехитрила настырного председателя домкома. Вот какое заявление поступило в ЖРЭУ-1 от одной из жительниц дома: «Я гуляла во дворе с ребенком. Ко мне подошла незнакомая женщина и попросила подписать акт проведения дезинфекции в подвале. Я, не подумав, подписала. Дезинфекция в подвале не проводилась».

— Примечательно, — говорит Валентина Андреевна, — что дератизатор искала не возможность попасть в подвал для проведения работы. По укоренившейся привычке ее интересовала лишь подпись под актом.

Когда эта история вскрылась, Плащенкова написала в ЖРЭУ очередное заявление: «Прошу акт считать незаконным, деньги за якобы дератизацию, проведенную в апреле, вернуть на счет нашего дома».

Деньги никто не вернул, но какой-то эффект заявление возымело. Исполнительный директор управляющей компании С. Е. Ершов официально обратился к главврачу дезстанции: в связи с недовольством и претензиями председателя домового комитета дома № 27 ЗАО «ЖРЭУ-1» просит вас акт на проведение дератизационных работ подписывать у нее.

Ну а самой Валентине Андреевне из ЖРЭУ пришел все тот же «привет»: про два раза в месяц, «согласно договорным отношениям». Видимо, в управляющей компании не сделали даже попыток вникнуть в проблему: а может, все же правы жильцы? Может, стоит пересмотреть договор? И потом — разве дело только в недовольстве Плащенковой? Почему жители остальных домов должны платить за неоказываемые услуги?

— Эти договоры, — рассказывает Валентина Андреевна, — составлялись без участия собственников и даже без их ведома. У нас и собрания по выбору способа управления и выбору управляющей компании в лице ЗАО «ЖРЭУ-1» никто не проводил. Из 81 собственника в доме договор управления подписали всего двое. Одна из них — дочь собственницы, поставившая свою подпись за мать. Обе они не живут и никогда в нашем доме не жили. Вторая «подписантка» тоже живет по другому адресу. Они далеки от проблем нашего дома.

И в июне прошлого года собственники созрели. Общее собрание приняло решение изменить в договоре управления кратность дератизации до двух раз в год. Чуть ранее руководство дезстанции встретилось с Плащенковой, чтобы выяснить: «Чего вы хотите?». Она ответила: «Чтобы деньги снимались со счета за услуги, а не просто так».

После этого, второй раз за сорокалетнее существование дома, в подвале была проведена дератизация. Плащенкова подписала акт. Договорились, что еще одна обработка состоится в октябре. Забегая вперед, скажем: дезстанция, несмотря на напоминания, не появилась ни в октябре, ни позже.

Проигнорировала собственников и управляющая компания, никак не отреагировав на предложение перезаключить договор управления. В сентябре собственники собрались еще раз и подтвердили то же решение. Однако ЖРЭУ-1 и на этот призыв не откликнулось, отделываясь «шифровками» типа: «На вашу жалобу от 09.11.2009 г. сообщаем, что ответ на ваш запрос от 2.11.2009 г. (запрос получен ПЭО для рассмотрения 03.11.2009 г.) отправлен 05.11.2009 г.».

Реакция на протокол общего собрания собственников последовала только в декабре. Ответ гласил: «Поскольку на общем собрании не решался вопрос об исключении работ по дератизации и дезинсекции из размера платы «За содержание и текущий ремонт жилого помещения», то до истечения календарного периода (по 31 января 2010 года) Управляющая организация неправомочна исключать данный вид работ из тарифа». Одним словом, ничего не делали и делать не собираемся. И опять про то, что «по договору дератизация и дезинсекция проводится 2 раза в месяц».

— Как попала эта норма в договор, никто не знает, — говорит Валентина Андреевна. — Раньше, когда все оплачивалось из бюджета, никто над этим особо не задумывался. В мае прошлого года при личной встрече я попросила представителей дезстанции дать мне руководящие документы по этой процедуре. Они принесли отрывки из неких документов без названия, без даты, без подписи, никем не заверенные. Изучив эти тексты, я обратила внимание, что речь в них идет о дезобработке территорий пионерлагерей, пищеблоков детских дошкольных учреждений, кухонь общепита. А о подвалах жилых домов не сказано ни слова. Однако это ведь не только не равнозначные, но даже не идентичные объекты.

Еще в дезстанции сослались на постановление городской администрации № 549 от 13 февраля 2004 года «О неотложных мерах по профилактике заболеваемости геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в г. Орле». Но заполучить этот документ Плащенковой тогда не удалось.

Обращения в городскую администрацию также мало что прояснили. Письменно мэрия сожалела, что «не владеет специальными вопросами проведения санитарно-противоэпидемических мероприятий, проводимых в жилищном фонде». Но по телефону работники управления по развитию городского хозяйства сами удивлялись и говорили, что обработка подвалов два раза в месяц «не может иметь место». По поводу же постановления администрации № 549 сообщили, что оно давно утратило силу. Тем не менее, Плащенковой копию выслали.

Оказалось, действительно, этот документ регламентировал санитарно-эпидемиологические мероприятия пятилетней давности — в 2004—2005 годах. Но и в нем тоже нет ничего о кратности дератизации подвалов жилых зданий. Встречающееся лишь в одном из пунктов мероприятий словосочетание «два раза в месяц» касается оценки эффективности результатов проводимых дератизационных мероприятий. То есть анализа, обобщения данных, которые были необходимы в период угрозы распространения геморрагической лихорадки, но не обработки каких-то объектов, а тем более — подвалов жилых домов.

Теперь Валентина Андреевна твердо убедилась, что руководство дезстанции, мягко говоря, лукавит. Но она не собиралась сдаваться. Несмотря на то что из ЖРЭУ упрямо твердили: «2 раза в месяц» и якобы даже «дератизация проводится по графику». Как говорится, не верь глазам своим.

Но однажды в послании из ЖРЭУ появилось и новенькое: «Сроки (видимо, имелась в виду «кратность». — И. С.) обработки установлены согласно постановлению главного санитарного врача РФ Г. Г. Онищенко за № 27 от 29.08.2006 г. «О мерах по борьбе с грызунами и профилактике природно-очаговых, особо опасных инфекционных заболеваний РФ».

Валентина Андреевна сразу же отыскала этот документ, скрупулезно изучила его, что называется, до буковки и опять не нашла ничего о кратности и расценках дератизации. Выходит, в управляющей компании даже не удосужились посмотреть, на что ссылаются. Еще один показатель ответственности персонала.

В сентябре Валентина Андреевна обращается с заявлением в территориальное управление Роспотребнадзора. Но там тоже стали на защиту корпоративных интересов. Переписка была длительной. О чем только не рассказывалось в ответах санслужбы: о способах управления многоквартирным домом, о том, как проводятся собрания собственников, как обрабатываются производственные помещения, имеющие особое эпидемиологическое значение, пункты пропуска через государственную границу, и о многом еще. Кстати, сам же Роспотребнадзор написал, что даже для объектов особого эпидемиологического значения проведение дератизации предусмотрено раз в месяц. Почему в подвале жилого дома должно быть вдвое чаще?

На это Роспотребнадзор говорит: «Учитывая санитарно-техническое состояние объекта, месторасположение, а также биологические особенности грызунов, кратность проведения дератизации может быть установлена на договорных отношениях, по согласованию обеих сторон — исполнителя и заказчика. Договором, заключенным между ФГУ и ЖРЭУ-1 она составляет — 2 раза в месяц как наиболее оптимальная и результативная».

Но почему сделан такой вывод, что именно это — «оптимально и результативно?» Чем доказано? Чем так встревожило санслужбы состояние подвала, пусть не нового, но весьма ухоженного дома № 27 или его месторасположение, что выбрана кратность обработок, предусмотренная при наличии соответствующих эпидемиологических и санитарно-гигиенических показаний? Чем отличаются биологические особенности здешних мышей? В ответе Рос-потребнадзора не сообщается. Зато говорится, что дезстанция в договорных отношениях с собственниками дома не состоит, оказывая услуги по проведению дератизационных мероприятий управляющей организации. И, дескать, нечего вмешиваться в чужие дела.

Но чужие ли? Если дезстанция оказывает услуги управляющей компании, тогда при чем тут кошельки собственников жилья? Не так ли?

В любом случае переписка с Роспотребнадзором не оказалась тщетной. Оттуда выслали перечень из десятка регламентирующих документов. И Валентина Андреевна опять засела за их поиск в Интернете и изучение. Прочитав все до единого, она окончательно убедилась в своей правоте.

И с полным правом могла обратиться к исполнительному директору управляющей компании Ершову: «А разве я должна была искать эти документы? Для этого из наших взносов, которые мы платим за управление, вы наняли целую бригаду специалистов с очень приличной зарплатой, которые должны защищать интересы жильцов-собственников, а не «сдавать» нас на расправу разным монополистам».

В Роспотребнадзоре, считает Валентина Андреевна, тоже не могли не знать ответов на поставленные вопросы. В том числе — и о последствиях массированных обработок подвалов, происходи они на самом деле. Ведь испарения от ядов опасны не только для грызунов, но и для людей. Поэтому в санитарно-эпидемиологических правилах для работы с ядами прописано наличие разных вытяжек, спецодежды и пр. А ведь жители ходят в подвал не в спецодежде и в респираторах. Да и вытяжка из подвалов одна — щели в квартирах на первом этаже.

— В настоящее время, — рассказывает Валентина Андреевна, — дезстанция, как мне представляется, предпринимает меры к тому, чтобы «наказать» нас, вернуть всеми правдами и неправдами запланированные, но недополученные деньги. Ее руководство совместно с сотрудниками УК, не желающими разобраться в существе проблемы, грозятся изменить тариф и взимать с нас по 137 рублей с каждых ста квадратных метров подвала, то есть 1178,2 рубля за одну процедуру, вместо 362,46 рублей. Мотивируется это тем, что нас относят к индивидуальным заказчикам. А где и кто индивидуально заключал с дезстанцией договор на таких грабительских условиях? Может, наш дом признают еще и коммерческой фирмой?

При одной из встреч работники дезстанции спросили Валентину Андреевну: «Чего вы бьетесь из-за 10 копеек с квадратного метра?». Но, во-первых, эти копейки выливаются по дому в 8,5 тыс. рублей в год. Во-вторых, стоимость услуги, которая реально не оказывается, из года в год растет. В 2008-м она была 10 копеек, в прошлом — 12, в нынешнем — уже 14 копеек с квадратного метра.

Кстати, Валентине Андреевне попал в руки Перечень работ по содержанию и текущему ремонту общего имущества, предложенный ООО «Стройавангард» в 2008 году. Не знаем, какие условия предлагает эта компания сейчас, но тогда она делала на орловском жилищном рынке первые шаги и придерживалась правил. Так вот, периодичность обработки подвалов и мусорокамер для уничтожения крыс и мышей, а также обработка подвалов от насекомых здесь указана «по мере необходимости» и «один раз в год». Почему такие разные правила?

Как бы там ни было, собственники жилья потихоньку умнеют. Начинают вникать: а куда и как используются наши платежи? Так что вопросы, которые возникли у Валентины Андреевны, будут появляться все чаще. И управляющие компании, которые не умеют и не желают защищать интересы своих подопечных, рискуют остаться не у дел.

Иван САВЕЛЬЕВ.

Лента новостей

Отчетность